Режиссёр

– А Вы не созванивались с Вашим другом – Олегом Дубовым? Он, кажется, открыл новую типографию на Кирпичной улице[9 - Кирпичная улица – смотреть в дополнениях.]. Можно предложить ему наши услуги по рекламе, – продолжает искать первый.

– Откажет, – завертел головой Сергей. – Мы в ссоре после инцидента с моей женой и его…

– Извините, что перебиваю Вас, Сергей Сергеевич, – вдруг заговорил второй. – Сейчас звонил Иван Алексеевич, он отказался от рекламы. Причину умолчал. В общем, сорвалась сделка с «KOLGONSKI BANK»[10 - KOLGONSKI BANK (англ.

– Чёрт! Долбаный еврей! – стукнул кулаком по столу Сергей. – Какого?.. Всё, у нас больше ни одного клиента не осталось. Зато долгов целая куча!

Никита покашлял в руку, чтобы на него обратили внимание. Но его либо не услышали, либо проигнорировали. Они продолжали свой разговор.

– Кто ещё у нас остался? – спросил Сергей.

– Эй? – пытался обратить на себя внимание Никита.

– Может, Остров?.. – спросил стоящий человек.

– НЕТ! Ни в коем случае, – резко возразил Сергей.

– Можно ещё попробовать связаться с «LogisticTransGroup». Или «Perfume-cosmetic»? Уверен, они точно согласятся с…

– ЭЙ!!! – крикнул Никита. – Тук-тук, алло? Я сколько тут, должен стоять и выжидать?

– Господа! Гоша, Дима, Глеб, оставьте нас на несколько минут, – спокойно сказал Сергей, даже не взглянув на Никиту.

Три его сотрудника, нисколько не возражая, молча ушли из помещения, забрав с собой все бумажки.

Сергей медленно развернулся на крутящемся офисном стуле к окну и заговорил томным голосом:

– А я всё думал, когда Вы ко мне заглянете, Никитос Сергеевич… После стольких лет ты, наконец, пришёл ко мне.

– Пап, перестань, пожалуйста, паясничать! З***** уже! – разозлился Никита.

– Ты как разговариваешь с отцом? – Сергей помутнел.

– С отцом? – истерически засмеялся Никита.

– В любом случае не выражайся! Со стороны слышать от тебя такое… Тем более при мне так разговаривать. Это приличное место. Тут не ругаются матом. На самом деле тебе лучше тут не появляться. Тебя не должны видеть со мной. Мог бы просто позвонить. Я спокойно бы приехал.

– Ты сам знаешь, почему я не приходил к тебе, – вернулся обратно к той теме Никита. Ему не нравилось, когда его поправляли, особенно его речь.