Космос. Марс

Не обходил режиссер стороной и главную звезду:

«Бальтазару: а как же личное общение?»

– А как же личное общение? – спросил Бальтазар.

«Совет – коротко отшутиться. Требуется увеличить темп».

– На то оно и личное, все останется между нами.

– А ты интриган. Ну же приоткрой нам завесу. Кто из экипажа по – настоящему невыносим?

«Допускается упомянуть – Ричард Пател. В отношении остальных негатив не желателен».

– Таких на борту нет.

Они проследовали через старый российский модуль – самый большой на станции.

Заваленный мешками и коробками до небольшой узкой полосы посредине, он не представлял никакого интереса.

– Мы и не заметили, как Андрей привел нас в святая святых, друзья, – Бальтазар вскинул руки. – Реакторный модуль. Посмотрите, какая удача. Командир Скотт Стивенсон здесь. А кто второй? Ммм, единственная девушка на борту, красавица Нака Миура.

Нака улыбнулась и сделала кивок на японский манер. Увидев, виртуальную камеру, она засмущалась.

– Дорогой командир Стивенсон, я все же воспользуюсь возможностью и поздравлю вас лично с успешным стартом.

– Благодарю, Бальтазар.

Бальтазар зааплодировал.

«Втянуть в диалог Наку Миуру».

– Простите, что мы вот так вломились и отвлекли вас, коллеги. У вас должно быть полно работы. Вы заставляете всю эту махину работать, невероятно.

– У нас была лучшая подготовка, – сказал Стивенсон.

– Тогда, если позволите, командир мы отвлечем вас еще на пять минут.

– Не возражаю.

– Нака, девочка моя. Мое сердце разрывается, глядя на тебя.

Такая хрупкая, а твои глаза, они наполнены одиночеством. Скажи, ты чувствуешь себя защищенной среди всех этих огромных железных штуковин, и таких горячих мужчин?

Нака перевела неуверенный взгляд на Стивенсона. Тот глядел в камеру, выпрямив шею, как во время строевой подготовки. Следом девушка перевела, ищущий спасения, взгляд на Молчанова.

– Да, – начала она неуверенно. – Я чувствую, будто рождена для этого.

«Требуется мощный эмоциональный отклик. Зритель хочет видеть в ней ранимую женщину».

– Как ты думаешь, папа гордился бы тобой?

Нака застыла, ее руки, оголенные до локтей, покрылись гусиной кожей.

– Я надеюсь, – почти шёпотом произнесла она.

– Когда ты смотришь вокруг, на то, что сделано его руками, ты ощущаешь присутствие его души?

На ее лице появились едва заметная улыбка.

– Папа со мной всегда, здесь, – она положила руку на грудь.

– Я понимаю тебя, моя девочка.

Повисла тишина.

«Переводить тему».