Перекрёсток внутри меня

– Значит, нам нужно поторапливаться, – сказал я, вставая со скамейки и протягивая Инне руку. – Сомневаюсь, что деревья в парке послужат хорошим укрытием.

– Да ну брось, – никуда не торопилась она. – Он ведь совсем мелкий, сейчас поморосит и переста…

Остаток её реплики утонул в оглушительном раскате грома, который заставил нас обоих слегка вздрогнуть. Сама природа, кажется, была настроена против легкомысленного отношения к ней. Окрас облаков виднеющихся вдали сменялся с белого на тёмно-свинцовый.

Мы с ней были одеты довольно легко, я в футболку и шорты, а Инна в блузку с джинсами, к тому же на ногах были простые сандали.

– А вот с этим уже не поспоришь, – скривилась Инна. – Давай пойдём ко мне, поближе будет. Сможешь переждать ливень, а потом пойдёшь домой, как закончится.

Я кивнул, и мы быстрым шагом двинулись в путь. Крупные капли падали всё чаще, перерастая в настоящий ливень с грозой. Вскоре нам пришлось перейти на бег, разбрызгивая под ногами воду из луж. К тому моменту как мы добежали до квартиры Инны, ручьи, бегущие с наших промокших тел, могли сравниться только с теми, что текли по земле.

Дрожа от холода, мы ввалились в прихожую, фыркая и отряхиваясь от воды. Инна мигом принесла два полотенца, и мы наскоро просушили волосы, стоя у порога.

– А где у вас половая тряпка? – спросил я, оглядев пол. – Мы тут всё залили, давай вытру.

– В ванной, на батарее должна висеть, – на улице снова раздался грохот. – Ого, как же разошёлся. Пойду, проверю, закрыты ли окна.

В ванной я наскоро выжал футболку и, найдя тряпку, тщательно вытер пол в прихожей. Затем, идя по небольшому следу из капель, я отыскал Инну в её комнате. Она стояла и досушивала волосы полотенцем, глядя на бушующую за окном бурю. Услышав сзади шаги, она обернулась и моим глазам предстала восхитительная картина, которую я запомнил до конца своих дней.

Сквозь мокрую белую блузку проступал розовый контур лифчика и виднелся каждый сантиметр её тела.

Да, я и раньше обращал внимание на то, как же она красива, но сейчас во мне проснулось влечение иного рода, которое я почти всегда подавлял, не понимая его сути и боясь переступить некую запретную грань. Сейчас я вновь чувствовал это притяжение от того, что в голове одновременно крутились мысли об её фигуре и о том, как близко ко мне она стоит. Я желал подойти к ней ещё ближе и коснуться её кожи, её мокрых волос, мне хотелось бесконечности этого момента.