Сумеречный Фронтир

– Здравствуй, – кивнул Гром, не рискуя подходить ближе. – Я, эм… рад тебя видеть. Ты, наверное, меня не помнишь, потому что в последний раз мы с тобой виделись, когда ты была совсем ещё крохой.

– Мама рассказывала, что ты очень плохой, – с опаской заявила Джоанна. – Что ты бандит, душегуб, грабитель, и сидишь сейчас в тюрьме…

– Наша мама любит преувеличивать, – усмехнулся я. – Громмер совершал в своей жизни ошибки, никто от этого не застрахован, но теперь он вместе со мной отправляется защищать родину. Благодаря нам и таким как мы северяне не смогут подойти к нашему городу, взять его в осаду и разрушить до основания.

Видимо, сестрёнка мне не очень-то поверила, потому что продолжала смотреть на всё ещё нетрезвого брата с опаской. Не зная, что ещё можно сказать или сделать, я снова обнял Джоанну, потрепал её волосы и сказал:

– Всё будет хорошо, малыш. Я привезу тебе с севера сувенир, идёт?

– Идёт, – с натянутой улыбкой ответила она.

– Ну, тогда мы пойдём, – промямлил Гром, покидая комнату.

Я подождал, пока брат закроет за собой дверь, усадил Джоанну на кровать, присел с ней рядом и прямо спросил:

– Малышка, ты не замечала в поведении Лоры ничего странного в последнее время?

– Да, замечала. С ней что-то странное творится. После того, как ты уехал, она сама не своя: почти никуда из комнаты не выходит, требует Амелиту приносить еду прямо в спальню. Окна зашторивает, даже днём сидит там с зажжёнными свечами, и либо читает, либо спит. Мама говорит, что это из-за беременности, но мне кажется, что это не совсем нормально.

– Ты права, – кивнул я. – Не совсем нормально. Послушай, сестрёнка, я буду периодически писать вам с фронта, и буду с нетерпением ждать от вас ответных писем. Ты можешь мне хотя бы в общих чертах описывать то, что творится дома? Отец всё равно правды не скажет, чтобы я ни на что не отвлекался, а мама этой правды не увидит. Только на тебя можно рассчитывать.

– Хорошо, – согласилась Джоанна, уткнувшись лицом в моё плечо. – Только, пожалуйста, будь там осторожен.

– Как только – так сразу, кроха. А ты будь тут умницей, оставляю тебя за старшую, ясно?

– Ясно! – сестрица чуть повеселела, даже слегка рассмеялась. Затем мы встали, в последний раз обнялись, и я направился к двери. Перед выходом она меня остановила: – Подожди! Вот, возьми это с собой.

Джоанна бросилась к своему гардеробу и достала из небольшой шкатулки с украшениями открывающийся бронзовый медальон на цепочке.