Куда исчезают города? Кукла Палача

Морда вместо лица верный признак болезни. Кто поклянется, что нищий здоров? К тому же усатый пострел в компании шпиона разворотил таверну.

Юг нервно закусил губу. Внутри похолодело, будто проглотил ведро со льдом. Он подставил друзей. Он виноват. Опять. Ехидный смех Палача уже тревожил задворки сознания. Сейчас от найдёныша отрекутся, и толпа довольная разойдётся по своим делам. Кто будет защищать беспризорника, которого подобрали на дороге? Воцарилось гнетущее молчание.

– Парень из наших, – нехотя признал хрипящий тон.

Холодный, презрительный он звучал будто рык зверя, который едва сдерживал гнев. – Мальчик отлёживался в прямоугольном ящике ни одну неделю. Мы проверяли бедолагу на хворь по всем правилам. Молокососа топили, жгли, даже душили дымом. Когда тело сковал предсмертный холод, вышел демон оборванца. Гад хотел защитить остатки убежища. Увидев нашего вождя, трусоватая тварь вернулась в куклу. Чёрный дым заполз через рот будто горелый червь. Голодранец одержим, но не болен. Иначе он давно бы издох от испытаний. Слово Хранителя белого венца. Беловенечник по должности, для своих Ве?нц. Я записал лечение, не желаете взглянуть?

– А вы не желаете взглянуть в глаза тем, кто потерял родню в сгоревшей таверне? Городские жаждут мести. Мальчишка пропал, а вы под боком. Посчитайте своих, вдруг мстители оставили знак. Например, труп.

Голос посла переполняло детское любопытство, будто он предлагал найти подарок под подушкой, а не бледное тело.

– Пророк мёртв! – упавшим тоном ответил Беловенечник.

 – Мы не сможем выйти за ворота. Смертная тень сожрёт любого, кто не знает дороги. Без пророка путь сокрыт.

– Светлейший милостив! Он поможет, если нет заражённого. Только сдайтесь по-хорошему! – посол выдавил максимум радушия, на какое способен человек, окружённый головорезами. Ответные крики переросли в бормотание. Удары и толкотня только нагнетали обстановку. Задумчивый всадник не отвечал на вопросительные взгляды сослуживцев. Наездник медленно пошёл к стражам. Только Юг знал ответ.

Он с грустью уставился на крышу, лишь бы не видеть развязки. Мятая красная черепица со следами птичьего помёта до дрожи напоминала запёкшуюся кровь. Смерть, вот к чему ведут пререкания с караванщиками. Ругань и топот всё один отвлекающий манёвр. Купцам нужно время чтобы обрезать канат к послу.

– Тут заложники! – на распев декламировал Беловенечник. – Предлагаю выслушать условия!

– Какие заложники? Белены объелись! – отчаянно взвизгнул посол.