Куда исчезают города? Кукла Палача

Круглая электрическая тюрьма напоминал разбитое яйцо. А выбитая скорлупа, послужила дверью. Рваный кусок обшивки со следом подошвы небрежно валялся рядом.

– Мёртвая хватка не к лицу живому, – сквозь зубы процедила барейка. – Можешь удержать жезл, хорошо. А жизнь удержишь?

Колдунья увидела за спиной ловкача посох, пронзивший магический замок. Палка, словно кость в горле мешала молниям, сжать челюсти.

– Пылаю от любопытства! – съязвил мехогар, продолжая стеной огня защищать союзника. – Опробуем боевой режим?

Мехогар отточенным движением ухватил млечный путь на груди.

Звёзды задрожали, пытаясь вырваться из доспехов, как испуганный рой светлячков.

– Искра жизни – пламя жизни. Возгорись! – взревел мехогар и повернул галактику, словно круглый рычаг. Звёзды, космическая пыль, даже мрак вспыхнули, лучше сухой ветоши. Тучную фигуру заботливо оплели лепестки огня. Остались только серебряные глаза, взирающие сквозь жар.

– Вот почему магия отказывалась нападать, – разинув рот, шепнула барейка. – Ей было больно атаковать живое пламя.

Чародейка вскинула сразу три ключа, заставляя руку-молнию, нырнула в проводники, как в кастет. Кулак вырос до размеров шкафа и полетел к врагу. Острые зубья ключей ощерились словно копья.

– Усиливаешь разряд за счёт проводников! – мехогар презрительно плюнул огненной струей. – Старый трюк. Не шибко полезный.

Он ответил незамысловатым залпом из правого огнемёта.

Оранжевый поток столкнулся с электрическим кулаком, поглощая встречный урон. Мехогар вывернул запястье, чтобы по огненному морю пошли волны.

Одна за другой они накатывали на притормозивший кулак, как на гигантский оранжевый айсберг. Наконец всполох пламени отхватил часть ледника. Три пальца барейки унесла подоспевшая волна.

– Теперь у тебя только две пики! – самодовольно крикнул мехогар, намекая на то, что пламя отхватило палец вместе с раскалённым ключом. Кулак отступил, а лицо колдуньи подточила боль.

– Благодар-р-р-рствую! – сквозь судороги шипела барейка. Пот заливал лицо так, что сложно было связать пару слов.

Однако колдунья продолжала: – Самой жалко оторвать палец. А теперь… Ты же знаешь ключ всегда стремиться к замку. Они одно целое. Изящное женское лицо скривила надменная гримаса. – Кто встанет между ключом и замком – пожалеет. Ключик! Домой! – барейка присвистнула. И из огненной реки вынырнул покорёженный ключ. Железка разрезала волны словно пиратский корабль. Вместо команды, судно направлял оторванный палец-молния.