Большие страсти маленького театра

– И вы так спокойно об этом говорите?

– А что мне, сходить с ума по этому поводу? Андрей Глебович, знали бы вы, сколько раз в этом театре организовывали рейдерские захваты, насылали проверки по всем инстанциям, поджигали, вырубали электричество – и все это за один сезон, еще при живом Льве Давыдовиче. А это будем считать предупредительным выстрелом в воздух. Гена сам больше не приедет, от этого и хуже, – грустно подытожила Маргарита Карловна.

Я непонимающе вздернул брови:

– Это еще почему?

Маргарита Карловна сделала несколько шагов в сторону выхода и обернулась:

– Потому что в его подчинении служат люди, которые в той же мере лишены совести, сколько каких-либо чувств, и если у Гены худо-бедно, но мозги работают, то его цепным псам думать категорически воспрещается, вот и делайте выводы, что нас ждет дальше.

 – Карловна взяла Альберта под руку и они очень быстро двинулись в сторону выхода из зрительного зала, очнувшаяся Людочка впрыгнула в миниатюрные туфельки и, слегка пошатываясь, двинулась вслед за этой печальной процессией.

В зале повисла гробовая тишина, о репетиции думать вообще не приходилось, и только сейчас я понял безвыходность своего положения.

Воспоминание четвертое.

Опальные артисты держат оборону

В дорожную сумку вслед за домашними трико и майкой полетел сотовый телефон и дорогущий костюм-тройка, заботливо подаренный Жлобовым. В свою очередь кошелек, три пачки сигарет и туфли завершили мои спешные сборы.

Да, я решил уехать, и в этом я не видел ничего постыдного, так как все это было однозначно не по мне.

«Если бы мне не было что терять и чем рисковать, может быть, я ввязался бы в эту авантюру. Но оставлять жену вдовой, а ребенка без отца я точно не планировал. Пошел Жлобов к черту».

Я стремительно схватил сумку, спешно обулся, потянулся к крючку, чтобы взять ключи, как вдруг в дверь позвонили, мое внутреннее ощущение в этот момент можно было сравнить с гитарой, на которой разом оборвались струны.

«Никто не знает, где я живу. Кроме одного человека».

Я на цыпочках прошел к двери и осторожно посмотрел в глазок. На лестничной клетке стояла какая-то неприметная старушка и нетерпеливо трезвонила в дверной звонок, я выдохнул, щелкнул дверной замок, отодвинулась цепочка, и в следующую секунду резкий удар этой самой двери оттолкнул меня к стене. Пролетев добрых полметра, я вмазался головой о стену.