Выжить любой ценой. Часть четвертая. Естественный отбор

Дорогой, белого цвета, костюм пожелтел и резко состарился, а затем сполз на пол грязным тряпьем. Лицо, молодое и красивое, состарилось. Тело увеличилось в размерах, оставшись красивым и тренированным. Черного цвета латы, покрытые ржавчиной и пятнами крови, затянули его. За спиной дернулись крылья, и расправились. Черные, с капающей на пол гнилью, перемешанной с бурой кровью. Но больше всего в облике Михаила поразили глаза. Пустые и безжизненные. Глаза, посмотрев в которые начинает мерещиться бездна…

– Таков истинный я! – объявил Михаил.

Два брата, слишком похожие и в то же время невообразимо разные.

– Кем ты стал, брат? – с сожалением спросил Люцифер. – Ты забыл? Забыл, как мы стояли спина к спине и побеждали зло? Забыл, как мы делали этот мир лучше… Ты сам стал злом, брат мой, Михаил. Ты помнишь мое истинное предназначение?

– Я все помню, Люцифер. – ответил Михаил. – Твое истинное предназначение – вершить равновесие и карать зло.

– И я буду его карать! – рявкнул Люцифер.

Вскинув руку, он резко ударил ею в пустоту.

Она исчезла, словно пробила пространство. Несколько секунд Люцифер двигал ею, словно пытаясь что-то найти, а затем вытащил прямо из воздуха человека. Подняв, он бросил его на пол.

Человека узнали все присутствующие. Им оказался видный политик по имени Дима. В недоумении потерев глаза, политик посмотрел на нас, а затем на братьев ангелов и спросил:

– Я что-то пропустил? – спросил политик.

– Зачем он здесь? – спросил Смирнов, первым нарушив наше молчание.

Никита испуганно посмотрел на него. Я не показал эмоций, так и оставшись сидеть словно приклеенный.

– Табрис. – сказал Люцифер. – Ангел свободной воли… Тот еще ублюдок!

Политик Дима вскочил на ноги и посмотрел на архангела Михаила.

– Что с твоим обличием? – испуганно крикнул он, осознав кто перед ним.

– Не его тебе нужно бояться! – воскликнул Люцифер.

– Денница?! – испугался политик. – Светоносный?! Михаил, но ты говорил, что все…

– Молчи, Табрис. – спокойно сказал Михаил.

Люцифер сделал движение рукой, словно хотел отмахнуться от Табриса как от назойливой мухи. Табрис вздрогнул и быстро изменился. Вместо подтянутого мужчины перед нами возник сухой, испещренный морщинами старик в грязном балахоне. Вместо крыльев за спиной два жалких черных обрубка.

– Истина не пощадила тебя, Табрис. – сказал Люцифер. – Кем ты стал? Даже демоны более красивы…

– Не тебе меня судить, Светоносный! – огрызнулся Табрис.