Иной мир. Часть четвертая

Уверен, что Угрх легче, но во время загрузки его бессознательной туши в прицеп «Тигра» все твердили о такой массе. Употели, пока грузили, но в итоге справились. Не без помощи лебёдки, правда. Пока шла погрузка, я выслушал от Росса и Всезнайки много нехороших слов в свой адрес. Первый даже побить хотел в профилактических целях, по-родственному, так сказать.

Теперь нас больше ровно на одного – мишка, пребывающий в состоянии глубокого сна, поедет с нами, бросать его нельзя. Как проснётся, так решит свою дальнейшую судьбу.

Захочет, останется с нами. Нет, так нет…

Какие я сделал выводы после случившегося? Первое – признал, что идиот и порой шутки всё же не доводят до добра. Второе – очень сильно огорчил Всезнайку, и теперь, когда всё высказала, она не отвечает, как ни зови. Третье – лишил себя возможности узнать много важного. Дал себе зарок: отныне и впредь буду слушать Всезнайку, плохого она не посоветует…

Глава 6

Выехали из пещеры и вновь снаружи ночь, царствование которой вот-вот закончится, потому что зарево рассвета уже виднеется на горизонте.

Чуть ощутимое, похожее на тусклую лампу дневного света, оно только начинает разгонять мрак, что накрыл Мёртвый лес и горы.

– Нет слов, только восторг! – Боря-оружейник забрался на круглый, как бочка, выступ скалы и смотрит вдаль. – Не пойму, это деревья там внизу или что? Да, деревья, только большие какие-то! Сколько до них ехать, Никита? И вообще, возможно ли до них доехать, мы же в горах, разве тут есть дорога? Ты как в прошлый раз выбрался? Пешком или кубарем под гору на «Тойоте» скатился? – все эти слова он повторил не однажды в различных комбинациях.

Росс, ожидавший, когда я на него посмотрю, сказал:

– Считай, что я задал те же вопросы.

Усмехнувшись нескрываемому восторгу спутников, я рассказал:

– Вниз будем ехать минут сорок, затем начнётся Мёртвый лес. Дорога на всей протяжённости спуска не совсем хорошая, да и дорогой зваться не может, но проехать можно, а это главное. Подробно объяснил?

– Мёртвый лес, в нём опасно? – тихо спросил Василий, не отходящий от двери «Тигра» даже на метр.

Разбитое лицо и лоб забинтованы, отчего он теперь походит на мумию. Увечья, полученные при падении, смелости не прибавили, а наоборот, сделали Васька ещё трусливее. Каждый шорох, кажись, ему новые седые волосы на голове обеспечивает.

Вдохнув чистейший горный воздух и потянувшись до хруста костей, я ответил:

– Не опаснее, чем здесь, в горах.