Гексаграмма: Книга алой тайны

При этом он чётко сознавал, что ужас, захвативший над ним контроль, ему самому в обычном смысле не принадлежит – это внушённое со стороны, видимо, также последствие заклинания. Ричард знал классификацию магических проклятий – для того, чтобы снять одни, достаточно было понять принцип их действия, для других требовалось предельное напряжение воли… Оба варианта ему в настоящий момент ничем не помогали, так что оставалась лишь третья версия.

Смерть колдуна, применившего их.

Но Ричард вовсе не хотел снова кого-то убивать… Ему изрядно надоело, что все последние задания всегда заканчиваются одинаково – именно этим. Но, видимо, тут, как и в болотном храме, альтернативы ему не предоставили. Знак отделения души от тела чертился прямо в воздухе, для этого Ричард не нуждался ни в каких вспомогательных средствах… Но рисунок знака был, видимо, в противовес его стопроцентной необоримости, чрезвычайно сложным, и, если некоторые руны корректировали сами себя, здесь малейшая оплошность означала провал, а, следовательно, спешить было нельзя.

Ричарду никак не успеть!

Вдруг, пока они с Ишкой искали оптимальный вариант защиты и не находили, мальчишка выскочил вперёд и взмахнул обеими руками, сложив из пальцев какие-то замысловатые фигуры.

Нечто огромное и тяжёлое, однако, полностью невидимое, пронеслось в воздухе и наотмашь ударило так и не закончившего призыв мужчину, впечатало в стену. Прижало к ней в позе распятия. Лицо мужчины исказила такая боль, словно ему внутренности скрутило в жгут.

– Ричард! – чуть ли не истерически взвизгнул мальчик. Видимо, удерживать врага в подобном положении ему давалось с большим трудом.

И Ричард, прыгнув к захваченному в магический плен колдуну, начертил знак огня прямо у него на одежде. Не возясь с мелком – указательным пальцем правой руки. Палец – не мелок, след не оставлял, так что ему пришлось самому запомнить в точности каждую черту, нанесённую им на дорогую роскошную ткань.