Этюд со смертельным исходом (сборник)

Я ж тебя выручил? Крупно выручил!

– Ну?

– У меня проблема. Ты подходишь! – Мастер хлёстко ударил кулаком в подставленную ладонь. – Как я сразу не подумал! Работы на неделю – сколько успеешь… Заработаешь неплохо. Заодно и из города смотаешься, пока суд да дело.

– Криминал?

– Все официально! Оформим договором, через твое начальство, если хочешь. А не хочешь – так…

– Если охранять кого-нибудь или груз сопровождать, у меня на время отпуска оружия нет, ты это учти! А «левый» ствол…

– Саныч! Я ж тебя знаю!

– А сколько?

– Тридцать «зеленых» в сутки.

– Соблазнительно…

– Давай, соглашайся! – чувствовалось, что Степаненко не на шутку загорелся новой идеей.

Виноградов подумал, что, если поторговаться… Нет, неприлично. Он вспомнил про незаконченный по финансовым причинам ремонт в прихожей, про давно обещанную жене стиральную машину, про кое-что еще… Тем более – долг платежом красен, а вот послушать большого греха не будет:

– Излагайте, босс!

2

Другому вовсе и не надо ехать…

а он непременно поедет.

Он непременно захочет проявить

свою угнетенную амбицию…

хотя его могут там задавить до смерти.

    Mиx. Зощенко

Смешно – проработав почти восемь лет в транспортной милиции, имея целую кучу формальных и неформальных льгот, капитан Виноградов впервые в жизни ехал в вагоне СВ. Интерьер купе напоминал старый фильм о «красных дипкурьерах» и голливудские экранизации Агаты Кристи, было тихо и чисто.

Владимир Александрович запер никелированный замок двери, раздвинул крахмальные занавески и снял пиджак – ни есть, ни спать пока не хотелось. За окном морозно темнел поздний вечер…

Вытертая кобура привычно сковывала движения – девятимиллиметровый газовый «вальтер» был вручен перед самым отправлением вместе с документами, билетами и деньгами. Виноградов отстегнул ее, смотал кожаную сбрую и сунул под подушку.

…Собственно, инструктаж занял не больше получаса. Подъехавшему прямо с утра, в условленное время, Виноградову пришлось обойтись даже без кофе – Степаненко куда-то торопился и встретил капитана чуть ли не на пороге:

– Любуйся!

Он выложил перед Владимиром Александровичем несколько черно-белых фотоснимков.