Территория бреда

Вот какой будет моя книга: что-то среднее между стендапом и ситкомом вроде «Книжного магазина Блэка».

Я начал писать. Каждая глава получалась будто отдельная серия о молодом парне, работающем в магазине одежды и повествующем от первого лица о всяческих курьезах, сложностях и радостях жизни продавца-консультанта.

Тогда же я познакомился с такими жанрами, как магический реализм и автофикшн, что помогло писать на грани между реальными воспоминаниями о рабочем процессе и вымышленными ситуациями, зачастую имеющими мистический или метафизический характер с элементами философии и психологии.

Я писал каждый день, если можно так выразиться, ибо творил в основном по ночам после смены. Часто я засыпал на работе, стоило только присесть. А порой на меня находило озарение во время разговора с покупателем или на кассе. Тогда, вместо того чтобы обслужить клиента, я убегал в примерочную и там записывал идеи, которые вечером реализовывал в своей книге.

Меня, наверное, могли бы даже уволить за такое поведение, но очереди из жаждущих молодых людей поработать продавцом-консультантом я не замечал.

Поэтому избавиться от меня администрация не особо-то стремилась, хоть и твердила постоянно, что незаменимых нет.

Так прошло почти полгода. Я перестал употреблять алкоголь и видеться с друзьями, чтобы ничто не отвлекало от поставленной цели. В самом начале творческого пути я познакомился с одной девушкой, сходил с ней пару раз на свидание, последнее из которых закончилось сексом. Только через месяц понял, что забыл написать ей или позвонить.

Больше мы с ней не виделись.

Спал я мало даже в выходные, но вдохновение и кофе поддерживали боевой настрой и веру в себя.

Когда закончил черновик своего романа, я был на седьмом небе от сча… Так, опять штампы. Был вне себя от ра… Нет, тоже не то! Я кукарекал как индюк, скакал и фыркал, как верблюд, летал по комнате ястребом, ликуя в предвкушении писательского успеха. Звучит глупо, смешно и странно, зато не банально.

В общем, я был счастлив.

Но недолго. Многие известные авторы пишут, что черновику надо полежать, остыть. Что нельзя сразу хвататься за редактуру, а лучше немного отдохнуть, отойти от состояния писателя. И потом уже взглянуть на свою работу свежим взглядом читателя.

Так я и поступил. Но и сидеть без дела не мог. Поэтому записался на курсы редакторов, где стремительно пополнял давно утерянные знания по русскому языку. Прочитал «Розенталя», полистал «Даля», принял к сведению «Ильяхова».