Незримый враг

В эти минуты мы думали только о нас, забыв про все дела… За глухими стенами мы не слышали ничего, кроме нашего дыхания и шума дождя за большими прямоугольными окнами…

Полностью насладившись друг другом, мы привели себя в порядок, в полном таинственном молчании. Я смотрел на неё, она смотрела на меня, нам больше не нужны слова. Яне думал – хорошо или плохо я поступаю по отношению к Соне и Софии. У меня не было ответов. И я не хотел их искать. Это то же самое, что искать смысл жизни. Это не для меня. Тем более, что сегодняшний день был одним из лучших дней моей жизни, как я думал в тот момент.

София, стоя на коленях на столе, застёгивала свои чулки. Я подошёл к зеркалу, поправил галстук, вытер с лица следы от губной помады. Всматриваясь в самого себя, я видел радость и счастье, и лишь в душе моей было странное ощущение, и крики ворона пронеслись в моей голове. К зеркалу подошла София. Она привела в порядок свою причёску, облизала губы. Мы смотрели в зеркало и просто разговаривали.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – София сказала это с грустью в сердце, так тихо, что я мог бы не услышать, но шум дождя создал таинственную тишину, сквозь которую любой звук казался близким.

– У меня сегодня день рождения! – продолжала София. – Ты мой единственный гость.

– Извини, сегодня я не могу.

– Ты можешь прийти вместе с Соней.

– Я бы с радостью, но сегодня у меня другие планы. И их нельзя отложить.

София не обращала никакого внимания на мои слова. Казалось, она смотрит не в зеркало, а в пустоту.

Она перестала расчёсывать волосы, расчёска выпала из её рук на пол, прижала руки к груди и, словно спящая красавица, ждала… может моего поцелуя, может ответа «да».

– Я приготовила торт. Чудесный вишнёвый торт.

– София…

Но, она не слушала меня. Продолжала делать мечту реальностью.

– Вишнёвый торт с чашечкой горячего шоколада, – она медленно, со слезами на глазах, покачала головой. – Я… я больше не могу так жить. Зная, что моя любовь далеко от меня.

Я устала, и не хочу верить в то, что ты не со мной.

Я прижал её к груди. Запах её волос придавал ощущение таинственной грусти. Она успокоилась в моих объятиях. Её сердце перестало тревожно биться. Дыхание пришло в норму. На её лице не появилась улыбка, но слёзы исчезли с её очаровательных глаз.

Через минуту я был в своём кабинете, бегло просматривая материалы, подготовленные к встрече. В дверях появился Александр. Вид у него был довольно измученный.

.