Роджер Гвус ведёт расследование

Да и не хотелось, чтобы она всё это вспоминала. Как-никак, если они разошлись, значит, есть за что.

– Понятно. – Повторил инспектор. Он опустил голову в пол, как он это любил делать. – Думаю, мы к вам наведаемся ещё раз завтра, когда Гвус прибудет, а пока что у меня нет особых вопросов. Если бы имелся кто-то, кто желал вашей жене смерти, вы определённо бы об этом нам рассказали сразу. Напоследок, будьте добры, посмотрите на вот эту записку и скажите, вы ли её отослали.

Инспектор достал из пакета ту самую записку, что мы взяли из комнаты Дарии и протянул её Марку.

Тот покивал головой и вернул записку обратно.

– Это не в моём вкусе. – Пояснил он. – Я не пишу такие длинные сообщения. Пары слов всегда вполне хватает.

Инспектор снова завернул записку в пакет и уложил во внутренний карман плаща.

– В таком случае, ещё раз примите наши соболезнования. – Мы оба встали, поклонились, и надели шляпы. – Если нам понадобиться ваша помощь или мы разгадаем дело, то мы вам сообщим. – Заметил инспектор когда мы выходили из дома.

Старик провёл нас до двери а Марк остался сидеть в кресле, задумчиво уставившись на кольцо.

III

Мы освободились от Твистов к шести дня. Инспектор ещё потягал меня по городу, расспрашивая всяких зевак на улицах, но ни один из этих разговоров не был достаточно долгим или важным, чтобы я о них упоминал по отдельности.

Мы хотели поговорить с тем самым Бэйксом, чьё имя уже не раз слышали, однако он не так давно покинул город и доктор уверил нас, что вернётся он только к вечеру.

Такими темпами было выгоднее подождать Гвуса и вместе с ним наведаться к этому Бэйксу. А пока, мы решили навестить местного участкового и его сына, который, как мы уже выяснили, был одним из бывших возлюбленных убитой.

Наша дорога до полицейского участка лежала через пекарню, и мы решили ненадолго остановиться там. Так как времени до отъезда практически не было, я совсем не успел пообедать, а тот чайный перерыв, что был у нас в поезде, совсем меня не удовлетворил.

Я уселся за металлический столик, что был вделан в уложенную булыжником обочину. Инспектор принёс мне булочку с малинным джемом, а себе взял с мясом. Честно говоря, я не совсем принимаю мясо на булке, если это не сэндвич. На мгновение мне в голову закралась мысль, что тратить время на подобный перекус в нашей ситуации немного странно, но я был не из тех, кто может побороть голод. Гвус рассказывал мне, что может не есть днями, если этого требует дело.