Молот империи. Часть 3

А сейчас наши разведчики оценивали пехотную армию на юге максимум в десять тысяч человек, а ведь это же объединённая армия нескольких государств. В самой Огрании бойцов намного меньше. Зато будут все Исполины и почти сотня шагоходов.

Да уж, Рэгвард тогда был прав, когда говорил, что взрослых мужчин осталось очень мало. Тот разговор был задолго до начала войны, и тогда мы не думали, что он станет нашим самым опасным противником.

– Как там сказал вчера генерал Шелехов? – я усмехнулся, вспоминая совет. – Надо отправить в бой баб, их всё равно до хрена! Кто их считать-то будет?

– А? Что? – Ян, тоже что-то черкающий в записной книжке, вздрогнул и захлопнул её.

– Вспомнил одного кадра из твоих генералов. Показывай давай, кого ты там нашёл в пилоты. Мы приехали.

– Ты его знаешь.

Ищейка уже ждала на площади у казарм. Видно её мощный силуэт на фоне чёрного неба. Я снова окинул её взглядом. До чего же продвинутая техника. Вот это старик Лингерт должен был назвать своим шедевром.

Четыре здоровенных ноги округлой формы с толстой бронёй.

В высоту чуть выше Катафракта, но туловище огромное. Внутри движки, генераторы и боезапас к пушкам.

Основное орудие на спине, но на брюхе тоже хороший арсенал, включая пулемёты и огнемёты, чтобы не подобрался никто.

Ещё по два автоматических орудия с каждой стороны кабины, которая торчала впереди, как собачья голова. В основании ног «пальцы», которые можно регулировать, чтобы пройти по холмам или даже через перевалы в горах.

Немногие охранники с благовением взирали на Исполина. А моё внимание приковали к себе два человека.

– Ты серьёзно? – спросил у Яна.

– Более чем. Он сможет.

Площадь была засыпана снегом, а Марк, которого я по привычке продолжал называть Зиминым, толкал через сугробы кресло-каталку с двумя большими колёсами позади и двумя маленькими впереди.

Сидевший в ней человек был укутан, как внук слишком заботливой бабушкой. На голове была надета толстая меховая шапка с ушами, на шее повязан красный шарф, поверх воротника чёрного тулупа.

На руках вязаные варежки из шерсти. Даже то, что осталось от его ног, было обёрнуто тёплым одеялом.

Марк, стоящий позади каталки, пританцовывал от холода. Чёрная кожаная куртка с меховым воротником и белый офицерский шарф явно не спасали от мороза.

– Ты серьёзно, – проговорил я и подошёл к ним.

Лицо Валентина больше не казалось детским, потому что осунулось, стало острее, и на нём отросла щетина.