Я изменю тебе с…, или Большая игра

– Так и будешь сверкать своими прелестями на всеобщее обозрение?

С какого хрена в моем голосе вдруг звучат собственнические нотки? Кто я ей, чтобы делать замечание за то, чем сам недавно с удовольствием воспользовался?

– Ну, я же рядом с тобой, – склоняет она голову и лукаво прищуривается. – Или собираешься оставить меня здесь? В первом случае мне не страшно, ведь ты такой сильный и грозный, – засранка улыбается и проводит пальцем по моей руке, держащей ее за предплечье. – А во втором… – она стряхивает мои тиски, после которых на ее нежной коже какое-то время видны следы, – во втором случае зачем их надевать, если все равно снимать придется?

– Я с тобой еще не закончил, – оскаливаюсь я и даже слегка клацаю зубами.

 – И после обеда ты поедешь со мной. Дальше на север.

– Ну ок, – соскакивает она с подножки и сладко потягивается, от чего легкое недоразумение, называемое блузкой, натягивается на роскошной женской груди с острыми, тугими сосками, обнажая при этом упругий животик, покрытый золотистым загаром.

Как есть вся от макушки до изящных щиколоток тягучая, сладко-пряная карамель, которую хочется немедленно развернуть от этих ненужных обертов и засунуть целиком в рот.

– Тогда открой багажник, кабальеро, мне в чемоданчик надо залезть.

Ворча, как старый сторожевой пес, я выползаю из прохладного нутра машины и иду к багажнику, боковым зрением замечая, как идущие мимо молодые загорелые парни восхищенно раскрывают рты при виде моей попутчицы.

А она времени даром не теряет, вовсю улыбается им и вертит попкой, шкандыбая на своих уродских ходулях. Бл*дь, ну ведь вся задница же напоказ!

Я рывком открываю багажник и одной рукой достаю ее чемодан. Она наклоняется, чтобы дотянуться до него, и до моего слуха долетает громкий одобрительный свист.

– Черт бы тебя побрал, крошка! Тебя сейчас всей толпой поимеют прямо здесь. И моей защиты не хватит! – я пристраиваюсь так, чтобы заслонить безбашенную девицу от посторонних взоров, и обнимаю ее сзади, в четыре руки открывая розовое чудовище на колесиках.

– Тебе придется еще немного потерпеть, горячий кабальеро, – мурлычет она мне в ухо, прикусывая мочку и умудряясь при этом достать из недр передвижного склада нечто яркое и легкое и провокационно потереться откровенно просящей неприятностей задницей об мой пах. Само собой не безответно, даже не смотря на окружающую обстановку. – Мне же еще надо где-то переодеться.