Повесть о М.И.С. Романова

Обнаружены объекты: «Капитан Сидоров», «Пилот Игнатьев», «Пилот Савельев», «Учёный Крюков», «Учёный Сазонова», «Учёный Воробьёва», «Инженер Дроздова», «Инженер Дроздов», «Инженер Абрамов», «Медик Некрасова», «Повар Мельников».

Сидоров: Эхх… Стоп! Почему аварийный свет? У всех скафандры в порядке?

Все (по очереди): В порядке.

Дроздова: Действительно странно. Почему не активно голосовое предупреждение о неполадках?

Дроздов: Надо проверить состояние системы, здесь за дверью находится Технический отсек. Даша, Лев, за мной!

Система: Объекты «Дроздова», «Дроздов», «Абрамов» покинули отсек капсул криосна.

Игнатьев: Так, а нам что делать?

Сидоров: Ждать, пока инженеры не сообщат по интеркому состояние системы.

Мельников: Подождите, а где Соловьёв и Карпов?

Некрасова: Спят.

Сидоров: А почему аварийная система их не разбудила?

Некрасова: Они спят… вечным сном.

Сазонова: Боже, что случилось, почему?

Некрасова: Судя по всему, они погибли от кислородного голодания, к которому привёл локальный сбой в системе жизнеобеспечения капсул.

Савельев: Происходящее мне нравится всё меньше и меньше.

Игнатьев: Не тебе одному. Никому подобная ситуация не понравилась бы.

Мельников: Кроме одного – врага.

Воробьёва: Тоже мне, нашёлся специалист. Давайте ещё слушать повара.

Сидоров: Подожди Лиза. Стас, почему ты так уверен?

Мельников: Логика и тактика: саботаж и лишить противника главной силовой структуры.

Крюков: Блин, а он прав.

Сидоров: Так, спокойствие.

Стас, не разводи панику.

Мельников: Я и не развожу, просто говорю, чтобы все были начеку.

Воробьёва: Не похоже. Откуда ты вообще всё это знаешь? Может ты и есть саботажник?

Мельников: Мой отец был военным, настоящим знатоком своего дела. Он и дал мне все эти знания, воспитал меня солдатом, но потом авария и путь в солдаты мне заказан.

Воробьёва: Врёт и не краснеет, сейчас и с имплантами берут в армию.

Мельников: Да, но мой отец также был их ненавистником, он не мог терпеть, когда люди «уродовали» своё тело имплантами.

После аварии мне предложили хороший имплант, но отец категорически отказался, а когда он погиб, то я решил, что в память о нём я никогда не буду устанавливать себе импланты.

Крюков: Глупо, но благородно.

Воробьёва: Какое благородство? Только глупость и трусость, лишать родину защитника, и не выполнять долг из-за бредней безумного старика.

Мельников: Не смей называть меня трусом, а моего отца – безумцем.