Очищение духом

Между тем, тело её питали предпоследние капли мощи. Ривелсея не видела пламени, но чувствовала жар костра и понимала, что гореть ему ещё долго, как минимум – столько же. Последние капли ратлерской мощи напитали её тело и улетучились. За миг до этого Ривелсея поняла, что ещё секунда – и она сгорит. Вызвав страшное напряжение во всём теле, в сознании и даже в душе, она быстро, практически без раздумий, которые могли стоить ей жизни, ещё более неистовым усилием сделала то, что могло дать ей последний шанс или, если она сделает не всё правильно, освободить её от всех страданий и проблем земного бытия.

Веттар Нарт много раз говорил ей, что, отделяя сознание, нужно представлять себя сверху, но не выпускать из виду своё тело. В этот момент можно видеть всё, что происходит вокруг, даже если глаза закрыты, поскольку функцию зрения теперь выполняют не они, а само сознание. Но любая концентрация на каком-либо предмете, даже самая незначительная, мгновенно возвращает сознание обратно в тело. Это парение мысли над телом называлось частичным отделением и позволяло ратлерской мощи сохранять тело неуязвимым. Но теперь частичного стало уже недостаточно, поскольку иссякла мощь. Ривелсея резко рванулась своей мыслью вверх и далеко в сторону от своего тела. Боль обожгла её на полпути, она хлестнула её огненным бичом и сразу же отступила. Ривелсея взглянула вниз и уже не увидела там себя. Струился белый туман, туман и мягкий сумрак, и сквозь него с трудом пробивались лучи солнца и виднелись деревья и здания. Что это было – реальный ли мир или воображение, или нечто среднее между тем и другим – Ривелсея не знала. Это были какие-то сумерки разума, сгустки полуреальности. Витать в них было легко, но у них было и коварное свойство – они словно засасывали, служили входом во что-то совсем уже непостижимое. В иную реальность; возможно, в иной мир.

Ривелсея полностью отделила сознание впервые. Веттар Нарт предупреждал, что это опасно, и она всё понимала и пыталась сообразить, сколько времени уже прошло (это было невозможно, время здесь не текло) и что делать дальше.

Думать совершенно не хотелось, хотелось расслабиться и просто витать здесь, на волнах сумрачного тумана и серой полумглы, и упиваться этим надземным, надбытийным спокойствием. Но одна мысль скоро пришла ей: надо возвращаться. Пока не поздно. Тяжело было сейчас осмыслить этот импульс, но Ривелсея укрепилась на нём и сильно напрягла свой внутренний взор.