Лорды Протектората: Барон Аквилла

А Аквилла еще некоторое время медитировал сначала один, потом с товарищами, смотря на то, как куры вдумчиво клюют зерно на голове Льва Николаевича.

Глава 4. В приемной аналитика

Барон Аквилла, повернув кольцо на своей руке темной стороной наружу, вошел в небольшую приемную. На стеклянной двери, которую миновал барон, были нанесены следующие строки: «Магнетизер У.Ж. Медянцев. Часы приема 10:00-20:00. Частным лицам – прием по предварительной записи. Сотрудникам государственных органов – в порядке очереди».

Аквилла мимоходом задумался, что будет если должностное лицо в порядке очереди подойдет именно во время этой самой предварительной записи частного лица. «Видимо, Медянцеву придется проводить сеанс одновременного психоаналитического сеанса на дух кушетках,» – с долей иронии разрешил данный вопрос сыскарь. Впрочем, судя по скучающему лицу девушки с ресепшена, а также по наличию всего одной скамейки в приемной особых очередей тут давно не было, да и вообще похоже пациенты не особо посещали господина Медянцева.

– Вы по записи? – скучающе спросила девушка, заглядывая в какой-то журнал.

Аквилла удивленно поднял левую бровь: все-таки это прерогатива представителей власти – задавать очевидные вопросы, но вслух сказал:

– Неужели на утро выходного к вашему патрону кто-то записан? Все приличные люди в это время пьют кофе в семейном кругу и обсуждают события прошедшей недели.

– Приличные люди не проходят курсы психоанализа, в принципе, – не растерялась девушка и спросила, – Вы из Столичного Сыска?

– В точку.

– Нет ничего проще: простой гражданин назвал бы время сеанса, а затем номер записи, ополченец вывалил бы на стойку свою ксиву с цепочкой, прокурор начал бы требовать и распоряжаться об отдельном кабинете, Инквизитор, после того как поиспепелял бы меня взглядом, велел бы проводить его к главному, ну а сыскарь сразу начинает меня допрашивать.

– Вы не упомянули представителей законодательной и исполнительной власти.

– Депутаты вызывают магнетизеров на дом. Что касается распорядительных чиновников, то они не приходят к нам вовсе.

– А при переаттестациях?

– Что вы, образ мыслей служителей администраций и комитетов – это страшная тайна, наш дорогой мэр давно решил, что знать ее нам не положено, поэтому к нам просто присылают нарочным их личные дела, на основании которых мы выносим свои заключения, которые с делами также нарочным отправляем обратно.