Малахитовый лес

– Вы можете описать нашего врага? Как он выглядел? Ну, хоть что-нибудь? – молил Алатар.

– Ничего не помню… Разве что… У них были необычно длинные шлемы, словно вражьи поганые подбородки не помещались в них.

– Благодарю вас, – низко поклонился Алатар. – Цельная картина складывается из мелочей.

– Предстоит вам дальняя дорога, и нелёгок будет ваш путь. Пройдите его честно. Мы, бенгардийские тигры, будем петь вам гимны, добытчики малахитовой травы. Да поможет вам Белая мать-тигрица! Прощайте…

Когда голос растворился в утреннем свете, Астра, разбрызгивая мокрый от росы песок из-под подошв, бросился к Агнии.

– Агния, ты жива, ответь? – взволнованно бормотал он, стоя перед ней на коленях.

– Всё равно я виновата в его смерти, косвенно, но виновата, – не открывая глаз, произнесла Агния.

– Ага, а я косвенно виноват в том, что не доел последний апельсин – на чёрный день оставил, простофиля! А его доктор Цингулон у меня перед носом слопал! – пожаловался Репрев. – Две сильфии – штука!

– Ты мне их так и не вернул, – буркнул Астра.

– Агния, я рад, что твоё воспоминание оказалось не тем, за что ты его выдавала. Не кори ты себя, – сказал Алатар.

Агния открыла глаза.

– Когда меня мучает совесть, я убеждаюсь, что она ещё со мной, что я не потеряла её. И от мук совести я чувствую себя лучше.

– Агния, где мы? Мы уже дома? – послышался тоненький, не прорезавшийся после сна голосочек Умбры. Потирая кулачками глазёнки, он лежал у Алатара на боку, сладко позёвывая во всю свою драконью пасть.

– Нет, Умбра, мы ещё не дома.

– Надо выяснить, что там за предмет такой к западу отсюда, у городской стены, о котором говорила старая тигрица, – задумчиво произнёс Алатар, глядя на зубья стены, подпирающие млечную горную гряду.

– Наверное, клубок ниток. Или пустая коробка. Что там любят кошки? – насмешливо хмыкнул Репрев.

Астра помог Агнии подняться. Алатар сладко потягивался, выгнув спину, расчерчивал выпущенными на передних лапах когтями песок; задом тигр тянулся к тщедушному утреннему солнцу.

– Мы, кошки, любим золото.

– Золото? – не понял Репрев.

– Да, золото. Молчание – золото.

Агния, держась за плечо Астры и не сопротивляясь его помощи, улыбнулась присущей всем лисицам-кинокефалкам хитрой, но ещё не оправившейся улыбкой.

– Старая тигрица назвала тебя принцем, – неожиданно сказала Агния Алатару.