Малахитовый лес

И, скорее всего, не пожелал бы себе иметь в своих союзниках бенгардийца, даже знай он истинную мою мощь.

– Да-да, оправдывайся, тигр. Называешь себя миротворцем, а на поверку – обыкновенный трус! Всем известно, что никакого оружия из малахитовой травы отряд не создаёт, малахитовых красок мы создавали столько же, сколько и другие планеты, а россказни о завоевательных походах – не более чем грязные слухи, которые нарочно распускает Смилла, чтобы очернить нашу родную Терция-Терру.

– Тебя я тоже могу назвать трусом, к тому же и подлецом! – неожиданно взревел Алатар.

– Я не ради собственной выгоды хочу в отряд, – теперь оправдывался Репрев. – Я хочу защищать Землю, Терция-Терру!

– Я, кажется, кое-что понял, – Алатар уронил взгляд на копьё. – Думал, говорить не говорить, но всё-таки скажу: ты недолюбливаешь меня, потому что завидуешь моей силе.

– А ещё говоришь что-то о своём благородстве. Будь в тебе хоть немного благородства, ты бы не посмел… – срывающимся голосом сказал Репрев, клонясь к земле, а в его глазах задрожал солнечный свет. – А может, твоё хвалёное благородство и заключается в том, чтобы оскорблять в лицо, а не за спиной?

Репрев с гордо поднятой головой подошёл к копью и взял его в пасть. Пристыженный Алатар подскочил к нему, намереваясь перехватить копьё, помочь.

– Ну, прости меня, ладно тебе! – Алатар крутился рядом с Репревом, выгибал шею, чтобы быть с ним вровень, но копьё отбирать не решался, ловя на себе злые от обиды взгляды Репрева. – Горячая у нас, у бенгардийцев, кровь.

Репрев изрыгнул копьё – оно покатилось по траве, но точный и резкий удар чёрной лапы остановил его.

– Кровь у вас горячая?! – прорычал Репрев. – А давай-ка я тебе её пущу и мы проверим, какая она горячая!

Тигр оббежал прижатое к траве копьё и встал напротив Репрева, сказав:

– Я прошу у тебя прощения.

– Просишь, а выглядит так, будто делаешь одолжение. И сдалось мне твоё прощение, если ты и дальше будешь принимать меня за того, кто завидует твоей силе.

Репрев уже хотел было снова взяться за ратовище, но так и застыл с раскрытой пастью – бенгардийский тигр Алатар склонился в поклоне: высоко поднял зад, прижал к животу хвост, закрыл глаза и лбом сломал росший некстати лопух.