Малахитовый лес

 – А, и вот ещё что: накрой меня своей бабушкиной кофтёнкой, – вдруг вспомнил Репрев. – И давай пошустрее, а то, того гляди, доктор вернётся, пока ты тут возишься.

«Ну что у меня за утро: все подгоняют, спешат, душит, душит эта суета!» – пожаловался про себя Астра. Колючий не то жар, не то холод накинулся на спину, и кинокефал оттянул ворот рубашки.

– Было бы очень кстати, вернись к нам доктор Цингулон: тогда бы всё разрешилось само собой, – сказал Астра на выдохе, обматывая голову Репрева кофтой.

– Ничего бы не разрешилось, только бы влипли в ещё большие неприятности, – ответил приглушённый голос из-под кофты.

Пыша ноздрями на вдавленном лице, сжимая веки, губы, как цирковой атлет, Астра, собравшись с силами, поднял на руки пса и спросил у него укоризненным, полушутливым тоном:

– Мне кажется или ты – уф!.. – или ты потяжелел?

– Хороший знак: значит, иду на поправку, – бодро донеслось из-под кофты, и шерсть, из которой её связали, задержала, как сито, сквозящую иронию в голосе Репрева.

– Ты-то идёшь, а мне как прикажешь идти? До Дынной отсюда топать квартала три, не меньше!

Астра открыл спиной дверь, и желанный летний воздух, настоянный на аромате цветов и молодой зелени, пробудил дух.

– Сколько пронесёшь – дальше я сам, на своих лапах, – отозвался Репрев, просунув морду в рукав кофты и высунув из него сопящий нос. – Мне на самом деле, без шуток, с каждой минутой становится лучше.

– Если нас увидит отряд, вопросов будет… – протянул слово «будет» Астра.

– Ну так постарайся не попасться отряду на глаза, – сердито отозвался Репрев, ворочаясь под кофтой. – Да и с чего это отряд будет нас задерживать, скажи на милость?

– А с того!.. – крикнул Астра, но быстро сообразил, что его крик только привлечёт ненужное внимание, и зашептал: – А с того, что отряд может подумать, что я тащу на себе бездыханное тело в мешке! Издалека и не сразу поймёшь, одежда это или мешок!

– Так и быть, постараюсь двигаться поживее, – неохотно согласился Репрев и как бы в доказательство заёрзал у Астры на плече.

– Нет уж, пожалуйста, не усложняй мне и без того непростую работу и не дёргайся! – сказал Астра, укрощая его и крепче прижимая к себе.

– Лады, лады! Так сразу и не поймёшь, чего тебе надо, – пожаловался Репрев, но дёргаться перестал.