Малахитовый лес

– И какой же такой подход, может, поделишься? Показать когти? – съехидничал Репрев.

– Нет, к ним нужен более… деликатный подход.

– Деликатный, как же! – фыркнул Репрев.

В узком туннеле искатели наткнулись на скелет с саблезубым черепом. Широко разбросав ноги, скелет сидел, прислонившись спиной к стене пещеры, а стена, как жадная змеиная пасть, не спеша заглатывала его. На смотревшем пустыми глазницами в далёкие дали черепе саблевидные клыки уткнулись в рёбра между грудиной, отчего скелет словно присел отдохнуть и прикорнул, обнимая полусгнивший почерневший рюкзак.

– Смилланянин, – с почтительным шёпотом определил Астра.

– Уже качается в колыбели Вселенной, – скорбно склонил голову Алатар.

– Ну, начинается, – закатил глаза Репрев. Схватив зубами лямку рюкзака, он принялся вырывать его из цепкой хватки скелета.

– Что ты делаешь?! – завопил Астра.

– А сам не видишь? Граблю могилу! – выплюнув лямку, прорычал Репрев. – Мы все делимся на две категории: живые и не очень.

И между двумя вот этими категориями ну ничего нет, пустота, и никакой прослойки. Мертвяку сумка всё равно уже ни к чему, – и снова потянул.

Алатар, глядя на всё это свысока, с упрёком бросил:

– Даже на том свете ты не даёшь этому феликефалу покоя.

– Не зря я тебя прозвала мусорщиком, вечно тащишь всякий хлам! – презрительно процедила Агния, брезгливо поморщившись.

– Как здесь вообще оказался смилланянин? – оторопело спросил Астра. – Неужели в этих пещерах ещё кто-то был?

– Нет, никого здесь не было, и быть не могло, – твёрдо ответил Алатар.

 – А удивляться тут нечему: в Зелёный коридор редко, да метко попадают предметы из самых непредсказуемых мест. Предметы и… живые существа. И, разумеется, они находят здесь свой конец.

– И мы в один прекрасный день можем так же попасть в какой-нибудь Зелёный коридор? – обомлел Астра.

– Ну, это маловероятно, – усмехнулся Алатар.

– Ну-ка, Умбра, открой для меня! – сказал Репрев и придвинул носом к фамильяру отвоёванный рюкзак.

Умбра послушно расстегнул молнию.

Даже если прогнать последний лучик света из этих пещер, наступившая тьма не сравнится с той тьмой, что глядела сейчас со дна рюкзака: она, облизывая каждый шовчик и стежок изнутри рюкзака, была настолько густой, что, казалось, её можно было снять пальцем.

Все молчали, лишь переглядываясь между собой с приоткрытыми ртами, и только Алатар сидел с мордой, полной скучающего безразличия.