Апокалипсис Всадника

Принюхиваясь тут и там в поисках навозной кучи или неприметного нужника, я списывал свои ощущения на ганджубас либо на издержки пасторальных Рублево-Успенских пейзажей. И лишь в этот раз стал догадываться, что едва уловимое фекальное амбре, сопровождающее все наши с Онже похождения и передвижения, не имеет ничего общего с физиологией: так пахнет сера.

– Братан, ну и что мне теперь делать прикажешь! – сердится Онже. – Вот нахуя были эти старания? Мы же вместе мутить тему начали, как мне теперь одному выкручиваться?

Проходя мимо, соседи бросают в нашу сторону опасливые короткие взоры, пытаясь исподтишка разглядеть, от кого разносится по двору ураганный мат, разбавленный уверенной феней.

Мы сидим в машине возле моего подъезда, и я только что сообщил Онже, что полностью выхожу из замута. Доля криминала в бизнесе уже зашкаливает за все допустимые мною пределы, а ряд предзнаменований указывает на дурной исход всей задумки.

Последней каплей стал телефонный звонок от матери. Ночь за ночью ей мерещился странный сон, будто она ищет меня в Подмосковье, но не может найти.

В ночь звонка ей явился финал сновидения: на пути матери предстал Онже в облике Дьявола. А затем она обнаружила и меня, бездыханное тело.

– Нам нельзя сдаваться, братан! – кипятится Онже. – Все твои чуйки – тупо эмоции. Ты же сам видишь, как мы в горку поперли! Стоит нам только взяться как следует, и мы вдвоем весь этот ебаный мир уделаем, понимаешь?

Онже отчасти прав. Едва мы с ним беремся за что-нибудь, и Фортуна делит с нами кров и стол.

Благоприятно складываются любые, даже самые неоправданные обстоятельства. Но с той же неотвратимостью, раз за разом, скапливаются над нашими головами черные тучи – некая абстрактная пагуба, готовая вылиться в конкретные беды.

– Ну и как думаешь, откуда это говно берется? Что за силы нам мешают нормально делами заниматься? – уже спокойней, усталым голосом справляется Онже. Подавленный, он нервно курит одну за одной, глядя на равнодушные окна соседних домов.

Мы впервые подняли эту тему вслух. Уже невозможно деликатно замалчивать, нельзя ее избегать. Восполняя друг друга, мы с Онже увеличиваем свои силы и разумы многократно. Но вместе с ними множится в нас и нечто злое, зловещее. Я пытаюсь донести Онже мысль, что Карма с процентами платит по всем счетам. И, сея зависть, обман и насилие, мы по какой-то немыслимой невезухе пожинаем первые всходы еще до того, как взойдет основной урожай.