Охотники на героев

Не без сожаления Рантар (или это был Антар?) отметил, что согласен. Бой оказался слишком простым и слишком глупым. Ему следовало позаботиться о том, чтобы его не узнали. А то по следу из трупов его найдут вернее, чем по хлебным крошкам. В конце концов, он больше не герой королевы-матери. От этой мысли что-то болезненно сжалось в груди.

На улице его уже ждал Тофил, испустив вздох облегчения.

– О, это вы, хвала богам! Не узнал из-за шляпы. Мы услышали выстрел и уже готовились к самому худшему. Как все прошло?

– Больше он не станет вас беспокоить.

Но в доме надо прибраться. А еще я бы хотел напомнить, что никак не причастен к этой истории.

– Ага, – на лице Тофила появилась понимающая улыбка. – Не волнуйтесь, господин благодетель, никто ни о чем не узнает. Мы умеем быть благодарными. Я рад, что вы тут оказались. Когда я увидел вас, то сразу сказал себе: «Тофил, вот на кого можно положиться, этому человеку можно верить». Вы нас спасли, вы наш настоящий герой.

Рантар болезненно поморщился, но ничего не ответил.

– Мы еще можем что-то для вас сделать?

– По правде, да, Тофил. Где здесь можно побриться?

Глава 7

Бремя героя

Мир кусался. Бил. Царапался. Желал отомстить за то, что Имва сделал. Не желал принимать, а тот упорно шел, вытаскивая из кожи шипы и колючки, которые могли сделать больно. Навнат мирно сидел за пазухой и иногда советовал, в каком направлении двигаться.

– Ко! – сказал он, когда очередная ветка хлестанула Имву по лицу.

– Я знаю. Если нечего сказать по делу, лучше молчи.

Петух потерял к нему всякий интерес. Возможно, просто обиделся, но усталость была слишком сильна, чтобы обращать на него внимание. Все болело, ломалось, ныло под кожей. Пятки горели, как будто он решил пройтись по углям. Даже хвост отдавал мучительным воем, который мог слышать только Имва.

Хранители отвернулись от него, перестав помогать, и он лишь разглядывал их мрачные, почти голые ветви. Деревья тут были совсем иные. Холодные, чужие и стеснительные.

И хилые, определенно хилые. Сок жизни едва поддерживал даже самых могучих из них. Хранителям помочь было нельзя, себя бы спасти.

Мир вокруг тоже был совсем иным. С каждым новым месяцем странствий Имва удивлялся, насколько все не похоже на родину. Сама форма мира была другой. Резкой, простой. Она быстро текла, менялась. Но не хотела поддаваться Имве, своенравно огибая его. Если преследователи снова нападут, то он не сможет изменить форму мира, как бы ни хотелось.