Отец и грешник

Бевз радовался такой полезной находке. Старик на ферме не ерепенился, отдал без ругани. Мышцы огорченно надулись.

Синявка, показавшаяся из-за холма, была обычной крупной деревенькой. Таких в Вересе были сотни, или сколько их там. За всю жизнь Бевз повидал их столько, что все они стали для него на один лад. В таких местах словить можно не так много. Пару кур, еще какой еды впрок, лошадей если повезет, да какую-нибудь девку посочнее, чтобы пригрела на груди. Была тут одна такая. Сладкая, как патока. Бевз поерзал в седле и на секунду взглянул в сторону, где должен был быть ее дом.

Но лишь на секунду.

Сейчас он ехал сюда с вполне ясной целью. Синявка была ему знакома. Нужно было послушать, понюхать, чем в округе пахнет. Чутье у Бевза было что надо, лучше, чем у кошки, потому и живой до сих пор. Опасность за версту чует, вот и сейчас в груди что-то неприятно зашевелилось.

На площади было немало людей, хотя никакой ярмарки видно не было. Пестрая в своей убогости толпа нервничала. Нечто нервное и важное витало в воздухе.

Скоро и громкий голос донесся до ушей, а за ним возник и его обладатель – самый обычный мужичок, надутый как гусь, стоял на помосте в центре небольшой площади.

– Найти и рассказать старосте, высокородным али капитанам царским, что в селении будут находиться, не мешкая! Ибо рядом банда душегубов опасная, извести надо. За помощь в поимке десять золотых корона платит. А за их предводителя, мерзкого Бевза Горелого, что разыскивается за дезертирство, разбой, убийство, насилие, бохохульство и кражу – двадцать золотых.

Сорок за живого!

– Но я вам так скажу, – мужичок на помосте обвел взглядом толпу – вы лучше этих мерзавцев не трогайте. Увидели – бегом ко мне или офицеру, а он уже вздернет этих проклятых грешников. Вы мужики смелые, но этих гадов уже который месяц изловить пытаются, вечно убегают да честных людей на тот свет раньше отправляют. Вот так вот.

– И чего это царю неймётся? Мы ж ему только лучше делаем, – сказал Андрей так, чтобы никто не слышал.

Мужичка на помосте принялись заваливать вопросами. Толпа волновалась. И поделом.

Бевз молчал и лыбился. Ишь что, как запели. Деньги обещали довольно приличные, видать совсем их припекло. Почему этому царю всралось так на них насесть, он тоже понять никак не мог. Ну дезертировал. Так ведь из княжеского ополчения Вереса. Они ж враги царя. Ну щиплет он с ребятами караваны да деревеньки, а кто бы на его месте так не делал? Можешь взять – бери.