Отец и грешник

Что дальше, Радомир? В какое очередное болото ты нас приведешь? Или у нас будет поход в дупло белки?

– В дупло белки можешь сходить только ты, – проговорил Радомир, волоча за собой посох.

– Вся моя жизнь превратилась в дупло белки уже давно. Не страшно.

– Ладно, будет вам. Лучше скажи нам Радомир, что ты хочешь там найти? Все наши поиски не приносят никаких плодов.

– Мы исправляем ошибки.

– Заметь, твои ошибки, – вставил Малин, выпятив бороду.

– Я бы назвал это общей ошибкой, – пожал плечами миротворец Анслав.

 – Только вот не замечаю, чтобы становилось лучше.

– Потому что становится хуже, – впервые за долгое время подал голос Вилман.

Радомир внимательно взглянул на него. Вилман стал другим, для этого не нужно было обладать врождённой наблюдательностью. Взгляд стал отстранённым, он все время о чем-то думал, будто забираясь все дальше и дальше в своих мыслях, а здесь от него ничего не оставалось. Радомир наблюдал за ним с нескрываемой тревогой, потому как не мог понять, что происходит.

Остальные словно не замечали этого, или не придавали значения, а для него это было важно. Хуже всего, во всем этом было то, что он прекрасно понимал – Вилман прав.

– Ты полагаешь?

– Да, а скоро все станет еще хуже.

Теперь он уже остановился и внимательно взглянул на него. Вилману было все равно. Он смотрел куда-то вдаль, коротковатые светлые волосы слегка шевелились.

– Ты что-то чувствуешь?

– …

– Вилман?

– А?! Да.

Я ощущаю нечто. Не могу объяснить. Но ты тоже это чувствуешь, я знаю.

– О чем он говорит? Что у вас тут за междусобойчик ощущений?

– Что-то происходит.

– Это мы уже поняли, скажи что-нибудь новенькое.

– Я не знаю! – отрезал Радомир и пошел вперед быстрее, невдалеке уже стали виднеться хутора деревни.

– Наконец-то, хоть слово правды, – хмыкнул Малин, не отставая. Он никогда не отставал. – Но, может, хоть скажешь с чем это связано? Это всё вонь, о который вы постоянно говорите, да?

– Ага.

– Значит, они стали появляться чаще, так? Значит, мы будем блуждать между этим засранными деревеньками вдвое больше, я верно понимаю?

– Может быть.

– Есть вопросы посерьезнее, – вмешался Анслав. – Радомир, ты стал вести себя иначе. Это уже не просто вонь, я прав?

– Да, – слово вылетело так, будто у него вырвали признание клещами изо рта.