Фаворит

Ты был помладше – и Вас эвакуировали в деревню. А я до сих пор помню – сначала звук сирен, а потом вой бомбардировщиков. Как мы неслись в убежище. И как дрожали в полумраке и боялись до жути. Мне этот свистящий звук ночами порой снится. Ты вот знаешь, что делали в Войну члены твоей уже бывшей команды?!

– Не кипятись только, – мягко попросил Невилл.

– Не люблю ханжей, – бросил Рональд. – Или доводи принципы до конца, или гоняйся за победителей и занимайся только гонками.

– Считай, я вовремя одумался, – усмехнулся Невилл.

 – Я многому научился, нечего нам рассчитывать на милость фирмачей с фунтами вместо зрачков. Иначе так и будем из сезона в сезон вымаливать себе место. Вдумайся, еще ни разу английская машина не одерживала побед на этапах мирового первенства. Не пора ли что-то изменить?

– Что предлагаешь? – с прищуром спросил Рональд.

– Помочь нашим. Справедливости ради гонщики у них слабоваты. Выберу британскую команду и попрошусь к ним.

– Ясное дело, тебя примут с распростертыми объятиями, но ты будешь обречен плестись в задних рядах, и набирать мелкие очки.

Одного таланта не хватит, хоть ты тресни, мы зависим от автомобиля.

– Но в наших силах подсказать, как надо побеждать. У нас есть опыт побед в сильных командах, эти знания помогут нашим стать быстрее. Пошли со мной?

– На кой мне неподъемная задача?! Мой красный автомобиль способен выигрывать уже сейчас. А зеленые машины проигрывают мне минимум круг.

– Да, потребуется время, но разве оно того не стоит?

– А есть ли у нас время, Невилл? Это был хороший год – никто не погиб.

А дальше? Век гонщика короток. Успевай насладиться победами. Что будет завтра – никто не знает. Война закончилась, но на трассе она продолжается: солдаты мрут, а генералы ведут в бой, и чихали они на потери. И если мне суждено сдохнуть за рулем – я сделаю это на пути к лавровому венку, а не к десятому месту.

– И все-таки я бы попробовал, – твердо сказал Невилл.

 – А то это напоминает бег в колесе, нужно сделать усилие и выскочить из клятого круга.

– Наутро не забудь свои слова, – хлопнул его по плечу Рональд. – Считай, ты мне благополучно поплакался в жилетку. Довольно болтовни о патриотизме. Пошли за стол. Старина Пьеро уже не справляется.

– А как девушек-то зовут?

– А я помню? Сейчас и познакомишься.

Глава 2. В творческом поиске.

– И, наконец, последнее, но самое важное по значимости.