Гонка двух миров

Чего, спрашивается, битый час бродили?

Единственно, что привлекло внимание инспектора – внушительная железная дверь на втором этаже. Самая серьезная во всем здании, пожалуй.

– Что там? – тут же спросил Роб.

– Бывшая кладовая, – пояснила Джейн. – Планируем ее использовать для хранения призового фонда.

– И велик ли фонд? – спросил Роб.

Норман заранее ухмыльнулся: он знал ответ.

– Победитель гонки получит семьдесят пять тысяч долларов.

– Сколько?! – у невозмутимого инспектора полезли глаза на лоб.

– А ты что думал, парень?! Мы за фантики приехали гоняться?! Впечатляет, да?! – довольный эффектом гонщик радостно хлопнул инспектора по спине.

Правда, Норман в свое время тоже не на шутку удивился. В Америке лишь одна-единственная гонка на «кирпичнице» могла похвастаться большим призом. Для некоторых ребят такие деньжищи даже стали решающим аргументом, чтобы пуститься в путешествие через океан. Но не для Нормана: он сначала дал согласие, а уж потом выяснил сумму.

– Солидно, – похоже, Роб все еще переваривал услышанное.

Средний американец такие деньги заработает лет за двадцать. Наверное, англичанин так же.

– Так и наша гонка – уникальная в своем роде, – Джейн, кажется, тоже была довольна эффектом.

– Но это не такой большой объем купюр. Для этого нужна целая комната? – Роберт справился с удивлением.

– Гонщики, которые займут второе и третье места, тоже получат неплохие выплаты. Плюс премии всем участникам, а также поощрение за особые достижения: первое место на старте, быстрейший круг, лидерство на первом круге.

Кругленькая цифра, в общем, набирается, больше двухсот тысяч. Федерация автоспорта еще планирует установить металлический шкаф внутри, а сами деньги привезут только в день гонки.

Норман задумчиво созерцал мощную дверь. Вопросов нет, он гоняется не ради бабок, но кто откажется, если внушительная часть призового фонда осядет в его карманах?

Когда они, наконец, вышли на улицу, инспектор отправился прогуляться по территории. Как он выразился, в одиночестве лучше думается.

А Норман смог, наконец, поговорить с дамой на интересующие темы.

– Безусловно, в Европе всегда предпочитали протяженные трассы, но хватало и овалов. Чего стоит хотя бы «стена смерти» в Берлине или трек в королевском парке в Ломбардии, – рассказывала Джейн. – Но после войны многие автодромы были разрушены бомбардировками и пришли в упадок. Когда возобновили гонки, судьба овалов оказалась незавидна – почти никто не смог толком восстановиться.