Железный Век

Крутая трасса петляет, взмывая на вершину холма, перепад высот – более ста ярдов. А еще очень узко: только выехал за укатанную зону, как мгновенно теряется сцепление. Хорошо, если удержишь машину. Не каждый и взберется: кому не хватает мощности мотора, кому попросту опыта.

Джонни прекрасно знал трассу, а руки сами выполняли точные движения рулем. Вправо-влево. Мотор натужно надрывался. Передачи вверх, передачи вниз. Потерпи, машинка, немного. Все. Финиш. Взобрались. Взмыленный Джонни проехал мимо хронометриста и направился к спуску.

Там и узнаем результат, как раз все подсчитают.

Выбравшись из автомобиля, он помахал в ответ зрителям. Простодушные британские обыватели задорно улюлюкали и свистели, многие попивали пиво или эль – самое то для теплой погоды.

Так, где же они? Джонни прищурился, высматривая маму и Нору. Как ни уговаривал мать не ехать, она все равно увязалась следом, ничего не поделаешь. Хотя втайне Джонни радовался: у мамы в кои-то веки появился повод гордиться непутевым чадом, которое и школу-то окончило ни шатко, ни валко, никуда потом себя не приспособило, да еще все норовило вляпаться в приключения.

Вдоволь навоевавшись с не сделавшими ему лично ничего плохого аборигенами в засушливых саваннах и жужжащих от комаров болотах, Джонни вернулся для поправки здоровья на родину: подлечить небольшую контузию, после которой одно ухо слышало не очень хорошо.

А в это время в мире, стране и армии стало крайне неспокойно. Хотя жизнь после Великой депрессии немного налаживалась, стабильности не ощущалось и близко.

Поэтому никто не стал настаивать, и капрал Милтон, отслужив без малого четыре года, вчистую демобилизовался и оказался свободен как ветер.

Фирма отца, в отличие от многих, устояла на ногах, хотя и вышла из всех передряг сильно потрепанной. Малышка Мэри уехала покорять Новый Свет, да так и пропала. Ни одной весточки от нее за эти годы. Младший брат Пол как-то учился в своем университете, хватаясь ночами за любую подработку – иначе в Лондоне не выжить.

А вот старший… Мартин заигрался на бирже и в какой-то момент, промотав все, пустил себе пулю в лоб.

Первый месяц по возвращении Джонни провел в алкогольном тумане, оплакивая брата и отходя от ужасов гарнизонной жизни, а потом задумался, как жить дальше. Долго выбором он не мучился: любовь к скорости никуда не исчезла. Отец махнул рукой и купил ему машину: пусть сын развлекается как угодно, лишь бы не мешался под ногами.