Беззащитный

Слава все еще стоял перед внутренним взором. Игорю очень не хотелось открывать теперь глаза. Потому что он ожидал, что даже если сделает это, Слава никуда не исчезнет.

Глава 2

Эхо шагов разносилось по залу.

Людей было немного. И на глаза они не попадались, их присутствие было, скорее, понятно, чем очевидно. Они блуждали сами по себе, лишь изредка их силуэты проскальзывали то там, то сям. Можно было идти совершенно спокойно, не обращать ни на кого внимания.

Картины на стенах.

Ни одну из них Игорь еще не рассмотрел, ни к одной пока даже не приблизился.

Но никакого беспокойства по этому поводу он не испытывал, он шел вперед свободный и безмятежный.

Хоть и не совсем безмятежный. Уверенность, сильная уверенность в том, что совсем скоро он увидит нечто очень-очень для него ценное, крайне важное, необходимое, росла внутри него. Эта уверенность еще не раскрылась полностью, еще только предупреждала о своем появлении. Но она росла, распространялась. И ее предвестником было легкое волнение.

Совершенно спокойный и одновременно слегка взволнованный. Как это может быть?

Первый зал уже давно сменился вторым, второй – третьим. А Игорь шел так, будто каждый шаг оставался первым. Он не уставал, он не отвлекался от своего пути. Ни на картины, ни на людей. Все, что окружало его, было размытым, проходящим, неважным.

Пусть ходят себе те, чьи шаги отдаются эхом, пусть разглядывают любые картины, которые хотят. Игорь был уверен, что и о нем у этих людей точно такое же мнение.

Он не мешал им, они не мешали ему. Кто-то из них уже нашел ту картину, у которой захотел остановиться, а Игорь еще нет. Нечто важное ждало его впереди, может, в двадцатом зале, может, в пятидесятом.

Поэтому он шел и только лишь прислушивался к тому, как сильнее становится волнение. Как крепнет уверенность.

Эхо шагов продолжало разноситься. Еще один зал сменился следующим.

* * *

Случайный прохожий чуть не налетел на Игоря. С извиняющимся видом склонил голову, но шага не замедлил, так и продолжил почти что бежать дальше по улице.

Игорь без всякой обиды проводил его взглядом. Этот нескладный человек несся, не разбирая дороги, по пути чуть не сбив с ног сначала двух испуганно взвизгнувших барышень, а затем старую-престарую женщину, из последних сил тащившую здоровенную котомку на сгорбленной спине.

– Извольте пройти, милостивый государь, – раздалось совсем рядом.

Только теперь Игорь оценил, что именно его окружает.