Судьбы. Судьи. Палачи

Голодный огонь плясал на домах и обугленных телах. Кровь блестела на земле. Эдельгар смотрел на окровавленную ладонь. Он дрожал, хотел взвыть, но дым заполнил горло. Альфина лежала перед ним захлебываясь кровью. Последний вздох и она застыла, направив пустые глаза, как у куклы на Эдельгара. Словно в чистой воде в ее зрачках он видел отражение своего безумного лица. Он осознал, что кровь на ладони – это ее кровь и припал к ней. Его меч лежал рядом в луже крови, в чистой стали отражались серые небеса.

– Вот что будет, если ты не склонишься, Эдельгар.

 – Услышав этот бархатный голос Эдельгар, сразу же вспомнил пустую улыбку и ничего не выражающие мертвые глаза. Велендир…

– Нет! – вскричал Эдельгар. И вскинул голову.

Он очнулся. Отшвырнул пугало, которое мгновение назад было убитой сестрой. Его окружало вспаханное поле. Он шел к лесу, но вдруг оказал посреди горящей деревни, а потом здесь, словно из книги с воспоминаниями вырвали пару страниц.

– Мне все хуже, – озвучил он свои мысли. – Снов ему мало, теперь еще и галлюцинации.

Он все ближе к цели.

Ужасные картины будущего, что посылал ему Интен Велендир, отравляли разум. Эдельгар слабел, рассудок мутился. Его посещали темные мысли и кровавые идеи. Если это не остановить, однажды Велендир сломит волю и произойдет ужасное. Эдельгар знал решение, но ему нужна помощь того кто помнит древний мир и воочию видел богов знает истинную историю их возвеличивания и низвержения.

Эдельгар заторопился в лес, нужно поедаться с древней феей.

***

В готовке зелий Альфина преуспела еще на втором курсе.

Ей нравилось это занятие, процесс расслаблял и позволял подумать.

Альфина старательно работала пестиком. Ее усилиями листья голубой крапивы превратились в кашицу. Запах толчёной травы приятно щекотал нос. – Апчхи! – Альфина еле успела отвернуться от стола и прикрыться ладошкой.

– Будьте здоровы, Госпожа! – Снаружи донесся не знакомый голос. Альфина вздрогнула от неожиданности.

– Кто там?

– Меня Маравой зовут. У меня к вам просьба госпожа.

– Сейчас.

Альфина поспешила к выходу и подняла полог. Дневной свет уколол глаза.

Сгорбленная, полноватая старушка поклонилась Альфине, и дернула за руку бледную девочку с изуродованным язвами лицом.

– Нинэ, поклонись госпоже.

Девочка послушно поклонилась. Опустив мутные глаза, она протянула Альфине корзинку накрытую тканью.

– Возь… Возьмите, пожалуйста. – Судя по тону, девочка умоляла.

Альфина приняла корзинку.

– Спасибо, милая.