Вектор: Послесловие

Неловкое молчание продлилось чересчур долго, что больше всего сказалось именно на Мойре.

– Слушай, я все понимаю, правда, я была там и…

– И это все равно ничего не изменит. Их уже не вернуть, лучшее, что мы можем, – изъять из их гибели пользу и работать дальше.

Мойра не сдержалась и ударила его в грудь обеими руками, взяв совсем иной тон:

– Не смей от меня закрываться! Вот этого дерьма я больше не потерплю. Ты сам пришел ко мне, я пытаюсь помочь, поддержать, потому что мне не наплевать, потому что люблю тебя и не хочу, чтобы ты один это переживал! А ты опять уходишь в себя.

– У каждого свой способ. У меня – такой. Уж кто-кто, а ты, как мне казалось, должна была привыкнуть к этому уже давно.

– Скажи-ка мне, как ты думаешь, почему мы в итоге развелись два раза? Первый раз была моя инициатива, второй раз твоя, но мы оба знаем, что причиной всему служили твое упрямство и замкнутость в те моменты, когда нельзя уходить в себя. Сколько раз я пыталась достучаться до тебя в трудный момент, а ты стену ставил, из-за чего, между прочим, дорогой мой, потом же и сам удивлялся, что я в стороне осталась.

Наша работа крайне стрессовая, вроде бы мы понимали друг друга, но знаешь, что? Это давно уже прошло. Я люблю тебя, и я знаю, что ты любишь меня, но мы не научились доверять друг другу так, как никому другому! – Мойра выдохнула, отпуская редкий надрыв такой силы, Наваро же смиренно слушал невероятно уверенную и сильную речь, ненавидя себя за слабость быть откровенным с ней.

– Мы развелись, потому что оба привыкли быть главными и все контролировать.

Упрямцы, да и только. Думаю, если бы ты…

– Ты серьезно сейчас хочешь начать этот разговор?

– Вот опять! Я пытаюсь… высказаться, а ты упрекаешь меня, хотя сама минуту назад обвиняла в закрытости.

Мойра многозначительно посмотрела на Наваро и, встретив его непоколебимость, решила дать слово, несколько показательно ослабив хватку и как бы надменно дав возможность высказать свою позицию.

– Знаешь, многих бы взбесило это твое отношение, которое из тебя сейчас прям светится, но не меня.

Для меня это даже мило, так что много не думай там у себя в головушке.

– Я думаю, что для человека, который несколько часов назад говорил мне, что хочет наконец-то все же создать семью и остепениться, ты не просто ничего не делаешь для этого – ты не даешь мне сделать шаг в эту сторону. Да, погибли твои друзья, это ужасно, и мы скорбим. Так вот, как раз в такие моменты закрываться нельзя, уж точно не от меня.