Скажите, вы любите коктейли?

Никакой информации! Анализатор бесполезен, вы утверждаете, что отчёт криминалистов невозможен. Никаких следов.

– И что это значит?

– Значит, что я не справился. Мне пора улетать.

– И?

– Ну, – притворно замялся он, как замялся бы любой, признающий поражение. – мне достанется в центре, вот что. Если по горячим следам раскрыть не удалось, то, согласно статистике, уже не раскроют никогда. Мой шеф, скорее всего, пошлёт вам ещё два или три запроса.

Отчёт о случившимся, уже лично ваш.

– И? – требовал продолжение главный охранник.

– Потом дело закроют. – пробормотал детектив, стремительно вставая с насиженного места. Уже на полпути к выходу, ободряюще похлопал по плечу, и добавил. – Извините. Виновному сойдёт всё с рук.

К счастью, хмурый охранник, кажется, не собирался отвечать. Детектив вдавил кнопки на приборной панели, потянул ручку двери, протиснулся на ту сторону.

Едва сзади раздался металлический шелест, свидетельствующий о восстановлении полной изоляции допросной, выхватил ручной коммуникатор. Крошечный планшет, единственный способ связаться с членами станции для тех, у кого нет доступа к каналам связи.

В коротком списке зарегистрированных служащих объекта, рабочий числился в самом конце, среди не активных на данный момент пользователей.

«Там, где сходятся вместе все трубы. – эхом прозвучало в голове детектива.

 – Вам стоит на это взглянуть.»

Он потёр переносицу, из-за чего зачесалось ещё больше. Следующий сеанс связи должен был начаться сразу после допроса подозреваемого, и директивы требовали от него незамедлительного запроса на подкрепление. Однако шаттл особого отряда по неотложному вмешательству, Ш. О. Н., способен прибыть уже в течение двадцати минут. Едва ли вооруженные до зубов головорезы, выбивающие незапертые двери с помощью взрывчатки, поспособствуют раскрытию дела.

Природное любопытство столкнулось с долгом перед рабочими процессами. Детектив засунул руки в карманы, в раздумьях напевая себе под нос. Практика подсказывала, что даже самое странное и запутанное дело оказывается именно тем, чем кажется – история не придумала ничего хитрее, чем прятать свою банальность за якобы невероятной хитростью.