Прикосновение любви

От двери раздался вкрадчивый голос:

– Вы думаете, что палящее солнце делает наше присутствие на шельфе незаметным?

Развернувшись, Элиот увидел, как в комнату входит Хелена Морган, дочь Элен и Ричарда, благодаря которой Морганы уже десять лет удерживали лидерство в своей области. Его глаза остановились на песочного цвета золотистом ретривере, галопировавшем позади нее. Это была девушка с пляжа.

Успешность переговоров с ее родителями стала зависеть от того, догадается ли Хелена, что это он наблюдал за ее танцем на пляже.

Но девушка не произнесла ни слова – более того, даже не взглянула на него. Она направилась прямо на кухню и, проведя пальцами по столу, взяла оставленную там Ричардом Морганом чашку кофе.

– Я говорю о присутствии на рынке, – начальственным тоном проговорил Элиот, пытаясь вновь обрести спокойствие.

В поисках ласки собака попыталась оттолкнуть мордой кофе Элен Морган, и та запротестовала:

– Уилбер! Право же, Лейни…

Девушка скомандовала собаке вернуться на кухню, и та покорно остановилась позади Хелены.

Лейни.

Это прозвище подходило ей. Женственное, как и ее имя.

– Наши постоянные клиенты знают, где нас найти, – продолжила наступление Хелена.

– А новые?

В одной руке она держала чайник, двумя пальцами другой обхватила кофейную чашку. Помолчав, она посмотрела в его направлении:

– Вы думаете, нам недостаточно наработанной клиентской базы?

Родители Лейни внимательно наблюдали за ними. Внезапно ему показалось, что это проверка, словно все зависело от исхода их разговора.

– Ситуация на рынке постоянно меняется, – сказал он.

– И мы поменяемся.

Лейни наливала кипяток, не отводя от него глаз, и струя пара поднималась прямо к ее уязвимым пальцам. Элиот напрягся – так можно и обжечься… Однако это отвлекло его внимание.

– Но мы никогда не были алчными, мистер Гарвей, – сказала Лейни, вернувшаяся в гостиную со свежим кофе.

– Простите, мистер Гарвей, – произнес Роберт, – это наша дочь и главный пчеловод Хелена.

Лейни, это мистер Элиот Гарвей из «Ашмор Кулидж».

Она протянула свободную руку, вынуждая его подойти, – определенно движение принцессы. Да, сейчас Морганам принадлежала вся власть здесь. К его стыду, у него не оставалось другого выбора, кроме как сделать два шага и пожать ее руку. И таким же нескромным казалось желание узнать, будет ли ее кожа на ощупь столь же мягкой, как и на вид.

– Бизнесмен? – сказала она, удерживая его руку дольше, чем было предусмотрено.