Жажда. Тёмная душа

Поджав руки, словно куриные лапки, Маметов встал.

– Я…

– Вам все ясно?!

Маметов едва заметно кивнул, сделал два шага назад. Остановился, выпрямился.

– У меня нет выбора…

– Неужели, вы сами до этого додумались.

– Тогда я увольняюсь!

– Что? – Иван Иванович чуть не подавился от неожиданности.

– Я не волшебник, не творю чудеса. А то, что вы просите – невозможно. И кто бы другой вам не пообещал иное – это все равно невозможно. Вы просто решили сделать меня крайним…

– Вон!

– Я твердил вам про ГЭС много лет, но вы не слушали.

Вы тратили деньги на солнечные батареи, на ритэги и урановые кассеты, а я предупреждал, что ничего из этого не обеспечит нас нужной энергией. Вы не слушали. А теперь, когда подгорело, спохватились и, Маметов, сделай за три недели! Невозможно! Не-во-змо-жно!

В дверь вошли гвардейцы. Маметова скрутили и потащили к выходу!

– Вы сами до этого довели! Я не виноват! Не виноват!

Когда дверь закрылась, Иван Иванович швырнул в нее хрустальный стакан. Тот разбился на множество осколков.

– Почему ты не заткнул его?!

– Вы хотели это услышать, – сказал Чекист.

– Да, – Губернатор сел на стул, закрыл лицо руками. – Хотел…

Через несколько минут он снова заговорил:

– Коробейники?

– Уже пять часов от них нет новостей. Я думаю, их перехватили.

– Я же сказал ему выбрать заброшенную дорогу… Проклятье… Значит, у Акилы в руках теперь не только все топливо Кольца, но и полтонны моего тротила, – Губернатор толкнул пальцем ручку на столе, та завертелась, упала на пол.

 – Ты сразу был против этой идеи и верно поступаешь, что не упрекаешь меня за провал.

– Я решаю насущные проблемы. С Акилой нужно еще раз встретиться.

– Он же урка, с ним невозможно договориться. Я пытался дважды и все без толку, мы говорим на разных языках, видим мир с двух противоположных берегов. Он ведь не просто хочет больше воды, он хочет долю. Я что должен впустить его в Кремль? Выделить ему резиденцию? Он же уничтожит все, что я создал.

– Поставок топлива нет уже больше двух недель.

Запасов в резервуарах осталось еще на две, потом водоустановки встанут. И тогда вам придется решать, либо переговоры, либо война. Гвардейцы не готовы к полномасштабному конфликту на чужой территории.

– Оба этих варианта никуда не годятся. Поэтому я и хотел взорвать его логово к чертовой матери. И не осталось бы никакого Акилы Серого.

– Все наши запасы взрывчатки ушли на минирование моста, мы могли бы демонтировать ее.

– Нет, оставьте.