Гемодиализ

Вот потому и не дождалась.

Мне от этих слов стало слегка не по себе. Создалось ощущение, что эту версию он сочинил специально для того, чтобы напугать меня – человека с третьей отрицательной группой крови, также ждущего пересадки уже довольно приличное время – того скоро у самого четвёртая неделя ожидания на гемодиализе подходила. Я этим делиться, впрочем, не стал, молча между делом сделав свой ход и продолжив слушать.

– А во время вскрытия обнаружили, что у неё обе почки – на месте и здоровы, – вбросил наконец Пётр свой плот-твист: – незадолго до чего в морг привезли труп убитого.

Без почек.

Последнее предложение Пётр особенно выделил, стараясь обратить на него наше внимание. Пастор сразу нахмурился, я же – не совсем понятно, от чего именно – едва заметно вздрогнул, что острый петровский глаз, впрочем, успел заметить:

– Но и это ещё не всё. Не спешите расходиться. Ещё через неделю после похорон Юли, когда выпал первый снег, среди ночи умер один из пациентов этой же больницы.

Причиной смерти послужила почечная недостаточность, взявшаяся ни пойми откуда, ведь пациент то вовсе лежал со сломанной ногой и ранее не подавал признаков проблем с органами. И далее, раз в месяц, продолжали также странно умирать пациенты, пока ровно через год всё это резко не прекратилось со смертью одного паренька…

Пётр заговорщицки склонился над игровым столом. Игра уже не шла – все мы были слишком заворожены рассказом. Из поля зрения как-то разом пропали другие дети, игравшие в той же комнате, и пара медсестёр, следившая за нами.

Всё, что мы в тот момент воспринимали – это друг друга, голос Петра и громкий звук ударов дождевых капель по окнам. Наш рассказчик продолжил своё повествование:

– А потом его лечащий врач, очень заинтересованный и крайне настороженный всей этой историей, решил ещё раз глянуть в его медкарту…

Он не успел закончить повествование – раздался телефонный звонок, и Пётр вытащил сотовый. Сообщив, что звонит мать, наш рассказчик принял вызов и покинул игровую комнату.

Это, в свою очередь, полностью разрушило саспенс – слушать дальше уже ни у кого особого желания не было, учитывая, что изначально к этому все отнеслись, как к простой больничной байке, рассказываемой пациентами собственного развлечения ради. Одного лишь меня не покидало лёгкое ощущение на грани чуйки, что в этот раз с рассказом было что-то не так.

Впрочем, тогда я ещё не придал этому достаточного значения.