Сыновья войны

Но потом снова принялась кричать:

– Никогда, никогда больше так не делай, Доминик Томас Сальваторе! Ты меня слышишь?

– Да, мам, прости…

– Что, если бы кто-нибудь проник в наш дом, пока тебя не было, и напал на твою сестру?

– Но, мам, Кенты…

– Твой отец сказал тебе оставаться здесь и присматривать за сестрой. И за мной, – продолжила она, постепенно смягчаясь.

Моника подбежала и обняла его.

– Ну мам, хватит уже, – сказала она. – Пора праздновать!

Елена вытерла глаза и посмотрела на стол.

Они с Моникой поставили на него поднос кексов, в один из которых была воткнута свеча.

– Не такой уж праздничный стол, но это все, что я смогла сделать в этом году, – сказала она, всхлипнув. – С днем рождения, Доминик!

У него совершенно вылетело из головы, что сегодня был его восемнадцатый день рождения.

– Ого, ничего себе, – проговорил он.

– Ты что, не помнишь, какой сегодня день? – спросила Елена.

– Забыл напрочь, – признался он.

Их отвлек стук в дверь, и Дом подошел к окну, чтобы выглянуть на крыльцо.

Увидев своего лучшего друга Андре «Лося» Кларка, и Камиллу Сантьяго, он прислонил дробовик к стене и открыл дверь.

– Эй, ребята, что вы тут делаете? – спросил Дом.

Лось ввалился в проем, слегка пригнувшись, чтобы прическа не пострадала от низкой притолоки.

– Ты же не думал, что я пропущу твой день рождения, а? – Лось подмигнул Елене, которая довольно улыбалась.

– Здравствуйте, миссис Сальваторе, – вежливо поздоровалась Камилла.

– Рада видеть вас обоих, – сказала Елена, возвращаясь в кухню.

 – Чувствуйте себя как дома.

Моника шагнула вперед и вопросительно посмотрела на Камиллу:

– Ты девушка моего брата?

– Моника, иди читай свою книжку, – пробормотал Дом.

Камилла усмехнулась:

– Нет, я определенно не его девушка.

Лось вытащил конверт из кармана ветровки и протянул Дому.

– Что это? – спросил Дом.

– А ты открой.

Дом знал, что Лось не был склонен дарить поздравительные открытки, поэтому не удивился, поняв, что там нечто иное.

Но содержимое конверта тем не менее его удивило. Он вынул брошюру с эмблемой полиции Лос-Анджелеса.

– Теперь тебе восемнадцать, и ты можешь вступить, – сказал Лось. – Может, мы даже станем напарниками. И ты тоже давай, Кам.

Дом изучающе посмотрел на друга, ища в его лице хоть какой-то намек на шутку.

– Я пойду на следующей неделе, – сообщил Лось. – Знаю, звучит безумно, чувак, но мне уже не стать ни актером, ни футболистом.