Сыновья войны

– Откройте эту дверь! – приказал Касл.

Один из морпехов разрезал цепь болторезом, снял ее с ручек и распахнул створки. На свет, пошатываясь, вышел мужчина и поднял руку, прикрывая глаза от солнца и ветра.

За его спиной Роналдо увидел несколько тел, лежащих на полу, и женщину, которая сидела на корточках, сжимая в руках четки.

– Какого черта они оказались запертыми? – спросил Маркс. Он стоял рядом с Роналдо и с ужасом смотрел на больных, выбирающихся из церкви.

– Медики! – крикнул Касл.

К выжившим поспешили медики ВМС, сопровождавшие колонну, и несколько морпехов.

Роналдо тоже подошел помочь. Он вошел в церковь и увидел женщину, сидевшую на скамье.

– Мисс? – позвал он. – Я пришел вам помочь.

Она медленно наклонила голову, повернувшись к нему, словно не понимала, что происходит, – это был один из симптомов радиационного отравления. Но когда она увидела его форму, замешательство превратилось в страх, и женщина отпрянула, упав со скамейки.

– Все в порядке, – заверил он, протягивая ей руку.

 – Я здесь, чтобы помочь.

Она поползла прочь по проходу между скамьями.

– Роналдо!

Он повернулся и увидел стоящего в проходе Маркса.

– Они сказали, что их здесь заперли военные, – сказал он.

– Что?!

Роналдо повернулся к женщине – та пряталась за скамьями, шепча молитву.

– 5 —

Антонио занимался любовью с Лючией в темноте их дрянной квартирки в западной части Анахайма[34 - Город в Калифорнии, расположенный в сорока пяти километрах к юго-востоку от Лос-Анджелеса.

]. Он любил секс с женой, но сегодня его мысли были заняты другим. Она знала его достаточно хорошо, чтобы заметить, что он был не в настроении.

– В чем дело? – спросила Лючия.

Он отстранился и вздохнул, стыдясь признать правду. Ненависть к врагам отравила его разум, и ядовитый гнев мешал ему заниматься тем, что ему всегда нравилось.

Но как бы ему ни было неловко, он всегда был откровенен с Лючией.

– Это из-за Энцо, – сказал он.

– Я думала, тебе станет лучше теперь, когда Лино с Желтохвостом уничтожили последних наших врагов в Неаполе, – сказала она.

 – Но, наверное, ты не избавишься от этого яда в сердце, пока Энцо тоже не будет мертв.

Его жена редко ошибалась.

Он встал с кровати и подошел к окну. Над холмистым кварталом нависало кроваво-оранжевое небо. На тротуарах не было ни души, а по дороге проехала лишь пара машин. В нескольких милях отсюда, в другой части города, солдаты Моретти готовились уничтожить небольшую группу «Суреньос».