Бродяжка

Он кинул взгляд недоумения и положил одежду аккуратно в стопку с рядом чистой одеждой, там же на крюк повесил сумку. А после направился в баню, где он уединился с собой. Вспоминая, что последний раз мылся, когда ещё был у Артено.

Лия вернулась в предбанник, но Зигмунд был уже внутри. Её взгляд зацепило жёлтое свечение, которое исходило из сумки.

– Посмотрим, что это.

Она раскрыла сумку, в которой помимо склянок была сфера.

– Ничего себе, вот как ты так высоко забрался. Дорогая на вид безделушка. Думаю, она мне будет по полезнее, – она кинула взгляд в сторону двери, которая вела в баню.

 – Теперь мы в расчёте. Прощай, коротышка,– улыбнувшись, она стремительно покинула предбанник, устремляясь вверх, к стойке.

– Почему так долго? Небось, попыталась заработать побольше денег. Ты же понимаешь о чем я.

– Конечно, понимаю жирный хряк, которому про такое теперь осталось только думать, – улыбнувшись, ответила, встав прям перед ним

– Что ты сказала?! Ты забыла с кем говоришь, дрянь! – разъярённо произнёс.

– Что в уши долбишься? Конечно нет, я не забыла с кем говорю, с кретином на весь мозг.

– Ты не зазналась? А не боишься быть выгнанной на улицу, с которой я тебя подобрал!

– Подобрал, серьёзно? Тебе была нужна игрушка, для утех, старый детолюб! Ты у меня уже в горле. Я увольняюсь!

– Ты думаешь, я тебе так это позволю?

Лия повернулась к выходу. Но мужчина схватил её за руку, притягивая назад.

– Отпусти, – не поворачиваясь, выкрикнула.

– Нет. Ты моя собственность и ты будешь наказана!

– Я бы на твоём месте отпустила бы, у тебя тут находится друг палача.

Я же могу и закричать погромче.

– Я тебя знаю. Ты не из дам в беде, которые кричат.

Он притянул её сильнее, оставляя след на запястье, но девушка сжав в руке сферу, резко на развороте к нему ударила его. Из-за сферы удар оказался на много тяжелее, что даже такому бугаю пришлось отпустить её.

– А полезная штучка. Прощай жирок. Надеюсь, больше не встретимся.

– Думаешь, что я тебя не найду.

Беги-беги, рано или поздно я тебя найду, а ещё раньше ты приползешь сама, и тогда я не буду таким добреньким.

– Утомил, много звука. Прощай.

Девушка покинула трактир, пропадая во множестве переулков.

***

Зигмунд смыл всю грязь с себя и вышел с бань совсем «другим человеком», теперь он стал на много белее, даже кожа Лекса в сравнении была темнее на пару тонов. Старые вещи он счёл ненужными и выбросил в урну, а затем надел на себя обновки.