Глубоко под землей

Фрейлина немного посидела рядом с ним, затем поцеловала его в бледный лобик и, наказав няне не спускать с принца глаз, поспешила проведать подругу.

К ее огромному удивлению, в покои королевы ее не пустили – у дверей спальни стояли стражники, которые со смущением преградили вход и объяснили это тем, что король запретил пропускать кого-либо к Элеонор.

– Но я не кто-либо! – с возмущением возразила Анна. – Я фрейлина и подруга королевы, я должна убедиться, что с ее величеством все в порядке!

– Такова воля короля, госпожа Анна, вы уж не сердитесь, – развел руками один из стражников.

– Мне хотя бы взглянуть на нее, – тихо попросила девушка. В этот момент двери распахнулись, и из покоев вышла Эгейне.

– Королева отдыхает, – грубо сказала она Анне и остановилась в дверях, сложив ручищи на груди. Весь ее вид демонстрировал, что при необходимости она применит силу, лишь бы не пустить фрейлину к Элеонор.

– Я хочу знать, как она, – продолжала упорствовать Анна, но Эгейне лишь ухмыльнулась в ответ.

– Что ж… я все поняла, – фрейлина сжала кулаки и, развернувшись, поторопилась в свои комнаты. Лезть в драку с огромной бабой было бы глупостью. Поэтому оставалось только одно – собираться в путь, чтобы как можно скорее исполнить просьбу королевы.

Глава 5

Медведь не заметил, как провалился в это чудно?е видение. Он помнил только, как женщина подбросила поленьев в печурку, отчего та вдруг вспыхнула каким-то странным белым пламенем. Затем она начала неторопливый рассказ мелодичным, убаюкивающим голосом.

Говорила она негромко, но каждое ее слово отчетливо доносилось до охотника. Картины, нарисованные ею, были столь реалистичными, что в какой-то момент ему показалось, будто он перенесся из темной и тесной землянки куда-то в другое место.

Там тоже царил полумрак, но неяркий свет шел откуда-то сверху, как будто из-под охристых облаков, обволакивая все светло-коричневой дымкой. Утоптанный пол землянки вдруг оказался покрытым бурыми квадратными плитами, замшелые стены выровнялись и стали гладкими, напоминая своды пещеры.

Перспектива удлинилась, потолок стал высоким. Но воздух был тяжелым и густым – казалось, что-то не давало вздохнуть полной грудью. Кое-где можно было различить чахлые бледные кустики и клочки желтоватой травы, а слева возник желоб, наполовину наполненный мутноватой водой.

Картина вдруг стала такой явственной, что Медведь почувствовал, будто он действительно оказался в этом удивительном месте.