Компания и Бабочки

Я вскинула голову и приоткрыла губы, наблюдая за тем, как густой дым плавно вытекает из моего рта. Дерегорьевские травы жгли язык. Я передала косяк Лене и отпила немного чаю.

– Вчера ночью, – начал Кассель, играя пальцами с хвостом соседского кота, – мне показалось, что я видел на дороге женщину, с которой танцевал на маскараде.

Касс взволнованно оглянулся. Его ресницы трепетали над глазами так, словно он вовсе и не смыкал их этой ночью. Лена потушила пылающий кончик косяка и выбросила дымящиеся остатки в маленькую стеклянную банку, оставленную Николаем.

– Может, какая-нибудь старушка решила сплясать ночное танго в романтичную дождливую ночь, – предположила Лена, задумчиво пожав плечами.

– Не знаю, – Касс цокнул языком и вздохнул. Глубоко и настолько тяжело, словно в лёгких годами копилась пыль, – но я видел её. Эта женщина стояла под фонарным столбом и пялилась в моё окно. Я не уверен, но вроде она держала розу в руках.

– Уверен, что это не сон? – спросила я.

– Уверен.

– Всё началось после маскарада.

Меня преследуют кошмары, но по верьте: вы не захотите их слушать, – шмыгнув носом, Лена переплела наши пальцы. От неё веяло жасмином. – Мне порой кажется, что нас пытаются свести с ума.

– Проще было убить нас на маскараде, – я усмехнулась, вскинув голову.

– Брось, – вздохнул Кассель, – это слишком просто.

– Кстати об этом, – вымолвила Лена. – Почему ты так всполошилась тогда?

– Ничего особенного. Второй юноша, которому я вынуждено подарила танец, попросил нас уйти.

– Герой среди чертей?

– Или тот, кто ими руководит.

– Разве в нашем лесу водятся лисицы?

Брови вопросительно поднялись вверх, и я, вытянув шею, приподнялась. Густая рыжеватая шерстка танцевала от прикосновений ветра. Короткие лапы замерли на трехступенчатой деревянной лестнице, ведущей на крыльцо. Животное не двигалось и лишь виляло хвостом, наблюдая за нами. Кассель приподнялся и бросил лисе первое, что нащупали пальцы. Кто кормит лисиц крабовыми снеками?

– Вы таким образом решили его подкупить? – незнакомый голос проскользнул мимо ушей.

Я поднялась на ноги, на что Касс лишь схватил меня за руку и замотал головой.

Влажный гравий мерзко хрустел под чужой обувью. Молодой человек склонился над животным и с заметной привычностью зарылся пальцами в его густую шерсть. Острый голосок завибрировал, от чего я непроизвольно сморщилась. «Его» – значит, это лис. Он поднял его на руки и начал рукавом убирать прохладные дождевые капли с маленького носа.