Компания и Бабочки

Мне понадобилось время, чтобы сфокусироваться. Ровно семь тридцать. От волнения мне скрутило желудок. Откинув часть одеяла в сторону, я медленно сползла с кровати. Холодный пол щекотал босые ноги. От окружающей меня тишины становилось тошно. Одиннадцатое сентября. День, когда отец исчез без каких-либо объяснений.

Я направилась в ванную, захватив из комнаты огромное шерстяное полотенце. Утренний душ – как хороший завтрак: то ли необходимость, то ли привычка. Я размазала лёгкий алый оттенок по губам, стараясь скрыть их натуральный розоватый отблеск.

С одиннадцатого сентября прошлого года я прекратила высыпаться. С одиннадцатого сентября прошлого года моими лучшими друзьями стали синяки под глазами и нездоровая бледность, которая, признаться, мне нравилась. Я прошлась расчёской вдоль влажных чёрных волос и выскочила в коридор, попутно натягивая на себя тёплый красный свитер.

Ежедневной пыткой для меня стали огромные семейные портреты, украшающие стены вдоль лестницы. Счастливый отец держит меня на руках, попутно обнимая близнецов, впившихся тонкими пальцами в его ноги.

Он всегда выглядел счастливым, но было ли это так на самом деле?

Пробежав вдоль лестницы, я бросила рюкзак возле входной двери и плюхнулась за стол. Кухня утопала в ароматах семейного утра. Из духовки лениво выползали воздушные щупальца сладкого лимонного пирога, пока на столе в небольшом стеклянном чайнике остывал крепкий чёрный кофе. Рядом стояла упаковка апельсинового сока.

– Декель вновь балует нас завтраком, – воскликнула я, демонстративно хлопнув в ладоши.

– Что поделать, если в этой семье только я пошла в мать, – ответила она, непринуждённо махнув рукой.

Я улыбнулась и потянулась за горячим утренним кофе.

– Мама приходила?

Деник покачал головой.

– Она всю ночь провела в компании юристов, – объяснил он. – Папа оставил после себя много бумажного мусора.

Бумажный мусор. Раньше мне нравилось копаться в его набросках. Он хотел написать книгу, суть которой я никогда не могла понять.

Помнится мне, он часто рассуждал на тему тёмных ритуалов, несущих в себе смысл перерождения. Папа хранил в своём кабинете древние рукописи с размытыми чернилами и настрого запретил прикасаться к ним.

– Какие планы на вечер?

– Не имею малейшего представления. Возможно помогу Касселю с биологией.

– Филипп устраивает вечеринку. Попросил передать тебе официальное словесное приглашение.

– Ты же знаешь, что я не пойду.