Жнец. Царская кровь

Много чего можно сделать, коли мозгой пошевелить. В общем ты обиды на князей не копи, невелико богатство, а талант и разумение приложи, глядишь и выдюжим всем миром.

– Что с колдунами делать?

– С колдунами я попробую сладить, мы нынче не так безобидны, как прежде, у нас теперь свои колдуны есть, хоть и мало, но всё же есть, так просто не дадимся.

Захар вспомнил скорость и мощь заклинаний вражьих волшебников и с сомнением покачал головой.

– Сильны у них колдуны, Агни, да и умом не обделены, как бы чего нового не удумали.

Эх жаль батарея моя утопла вся, да что уж теперь поделаешь, будем воевать тем, что есть.

– Вот и ладно, езжай уж, да и мне пора, нужно готовиться. Гостей у нас отродясь без внимания не оставляли, всех потчевали да спать укладывали, одних в перины пуховые, других в Землю-матушку. Все мы ей дети, всех она принимает, никому не отказывает, ни дурным, на чужое позарившимся, ни тем, кто трудом своим да лаской ей кланяется.

Захар распрощался с Агни и направился к своей полусотне.

Парни даром времени не теряли, были они уже бывалыми вояками, поэтому воспользовались свободным временем с максимальной пользой, все, кто не был занят в приготовлении обеда, крепко спали. Захар не стал никого будить, подозвал Силу и Мару с Гердом, держать свой военный совет.

– В общем, в двух словах, дела у нас не очень. Князья решили дать открытый бой, на Васильковом поле, как самом удобном, для сражения месте, переубедить их не удалось. В общем нужно нам думать, как быть, надеяться придётся только на себя.

Говорите, что думаете, мне важно каждое мнение.

Сила почесал затылок и первый взял слово.

– Я тебе так скажу, Жнец, по-другому и быть не могло. Ты для них никто и звать тебя никак, роду-племени подорожного. Если бы не Агни, тебя бы и на порог не пустили бы, они там все знатных родов, мы для них, что черви навозные. Воеводы там справные, слыхал я про них, но уж больно чванливые. Те времена, когда князей избирали уж в прошлом, они всеми правдами-неправдами отпрысков своих на княжий стол выдвигают, оттого и на остальных, как на чернь безродную, сверху глядят.

Я уж дело имел с такими, более не хочу. Надежды на них никакой, коли враг верх брать начнёт, они дружины свои уведут. Смелости им не занимать, однако же дураков в князьях не держат, зазря ближних своих в землю класть не будут. Оттого они и пехоту в оборону ставят, под удар магам подсовывают, мужиков никто никогда не жалел, а эти и подавно не пожалеют.