Вляпались. Весёлые истории строителей коммунизма

И тоже сначала выпить пришлось, а уж потом песню послушать. Как только Нина погладила Джона, кошка замурлыкала. Правда, как всегда, речитативом. Наверное, ей так легче:

Будет людям счастье,

Счастье на века.

У советской власти

Сила велика!

Сегодня мы не на параде,

А к коммунизму на пути —

В коммунистической бригаде

С нами Ленин – впереди!

Минуты две молчал секретарь, переваривая услышанное.

– И продолжение будет? – строго спросил.

– Выучим, раз надо, – заверил инструктор Санко, робея перед начальником.

 – Ещё «Интернационал» разучивали, но для котов он трудноват, пока не получается…

– А этого марша когда все слова выучит?

– Ну Джон Абрамович за год управится, думаю.

– Надо быстрее остальные слова разучивать. Быстрее. И в область его повезём. На партактив. Пусть со сцены выступает, вдохновляет трудовые коллективы на подвиги.

Может тебе, Василий Поликарпович, в дрессировщики пойти? Кошачий ансамбль организуешь? Пусть эта животина песни со сцены мурлычет в пример всем… Прославишься на весь Советский Союз.

– Да зачем мне это? То ж хобби всего-навсего, Михаил Ефимович. Я призвание своё в партии вижу, а это – так, баловство…

– Но ведь с партийным подтекстом…

– А как иначе? Не блатные ж песни кошкам петь… Да я их и не знаю. Я только партийные все выучил. Одна лучше другой.

– Молодец! – положил на плечо Василию свою длань секретарь.

 – Вижу – настоящего коммуниста мы вырастили! Пример многим. Мы покумекаем с товарищами, как тебя премировать и чем. Ну на пивные расходы там… А тебя в инспекторы, а потом и завотделом переведём, как место освободится. Заслуживаешь, Василий.

Инструктор цвёл от счастья, как роза на солнце, а когда секретарь ушёл, Нина сказала:

– Всё, Вася, если на зиму мне шубу не купишь, я не стану больше за твоего Джона марши мурлыкать. Я в театральное документы подам.

Натренировалась с твоим котиком, хватит. С детства мечтала актрисой стать. Моё чревовещание – это получше горлового пения шаманов азиатских.

Вася рот раскрыл, а закрыть не может. Потом выдохнул:

– Как же я? Погоди хоть до завотделом дослужусь, тогда оклад повыше будет. Квартиру попросторнее дадут. Авторитет подымется. А лет через пяток, может, и в областные органы продвинусь… Справим как-нибудь тебе шубу до зимы.