Зульфагар. Меч калифа

 – Его тут ищут…

– Он уже в «вертушке», – сообщил Михаил. – Его из бани вызвали, – счел нужным добавить он.

– Что значит быть лучшим летчиком полка… – с непонятной интонацией обронил знакомый и хотел уже идти дальше.

– Так что там стряслось-то? – остановил его Соломатов.

– Какие-то боевики на перевале Халам-Самбулак колонну вдребезги расхреначили, – покосившись на разномастную группу военных, толпившихся возле окошка диспетчера по полетам, негромко сказал тот. – А там – одни генералы… Море крови, куча трупов…

– Понятно…

Офицер кивнул и поспешил по своим делам.

Михаил вошел в комнату дежурного. Собираясь в баню, он оставил здесь на хранение свой автомат.

По большому счету, оружие, тем более автомат, ему в командировке было абсолютно не нужно. Однако приказ есть приказ – в эти края летать только с личным оружием. Ну а коль уж прилетел со «стволом», никуда не денешься, приходится таскать его все время с собой. Особенно когда садишься в «вертушку», автомат нужно обязательно забирать – неведомо, куда вертолет полетит дальше, какую задачу получит экипаж по ходу дела.

Вертолет – дело такое: можно вылететь на час куда-нибудь в соседний гарнизон за полсотни километров, а потом оказаться за тридевять земель и пробыть незнамо где невесть сколько времени. Направят в какой-нибудь Беташ-Юрт, и сиди там несколько суток, дергайся, переживай, что там с оружием!..

– Где Майданов? – спросил Михаил у дежурного, пока тот возился с замком сейфа, в который сунул укороченный «Калашников» Соломатова.

– На вылете, – отозвался тот. – Он по связи и сказал Косте лететь.

– Понятно…

Николай Майданов был старинным, еще по Афгану, знакомым Михаила. Здесь, в Моздоке, он командовал полком вертолетчиков. Невысокого роста, крепкий и подвижный красавец, Николай вообще был личностью уникальной. Еще за Афганистан он получил звезду Героя. В первую чеченскую кампанию оттарабанил на Кавказе по полной программе. Когда Басаев с Хаттабом вторглись в Дагестан, он был уже там.

Именно Майданов сумел сделать то, что до него не удавалось никому – Николай на своей старенькой «восьмерке», на внешней подвеске, смог поднять в горы на немыслимую высоту гаубицу, чем по сути спас засевших там десантников…

«Если бы Коля был здесь, он бы полетел сам», – расценил ситуацию Михаил[5 - И полетел бы, в этом нет сомнения. Полковник Николай Майданов погиб в то время, когда данная книга была в работе – в конце января 2000 года.