Злая, злая планета

Я вдруг понял, зачем он туда полез и подумал, что в кабине уже достаточно оружия и крикнул Кирсанову, чтобы он всех успокоил, но никто не успел ничего сказать и сделать, потому что Дима грубо схватил руки пассажирки и принялся стаскивать с нее перчатки, но она забилась, бешено, отчаянно, неумело пытаясь дотянуться руками до диминого лица, чтобы оттолкнуть его, и тогда он схватил её за эти руки и скинул с лавки на пол.

Руки незнакомки выскользнули из перчаток, и она, не удержавшись, сильно ударилась головой о ребристый железный пол, а Дима снова отлетел в угол, сжимая перчатки в кулаках, а маленький черный пистолет остался между ними на лавке и все вдруг разом обратили на это внимание.

Женщина рванулась к нему, воспользовавшись заминкой, опережая остальных, рассчитывая дотянуться до оружия и она дотянулась, но железные пальцы Димы уже сомкнулись на её запястье, он отобрал пистолет и коротким, точным движением, ударил женщину рукояткой в висок. Она обмякла и сползла на пол, но очнулась в ту же секунду и заскребла пальцами по полу, покрытому грязным, талым снегом, словно пытаясь зацепиться за что-то и подняться. А мы все застыли в молчании и, не отрываясь, глядели на её совершенно обычные, человеческие кисти рук и, как заговоренные, судорожно пересчитывали её пальцы. Володя, наконец-то, выудил из бардачка винтовку, и теперь весь салон был под прицелом.

– Она не сиксфинг, – ровным голосом констатировал Кирсанов, а Володя, как бы в ответ на его слова убрал винтовку, кинув её Борису.

 – Карианка. Всего лишь проклятая полукровка. Вонючка. Спилз…

– И без тебя видно, – огрызнулся Дима. – Только скорее хиншу.

И он смачно схаркнул ей под ноги. Я был с ним согласен, но лишь отчасти, плеваться мне показалось излишним, и я с укоризной посмотрел на Диму. Все-таки, женщина была хоть и сиксфинг, но только на половину. А на другую половину – человек. И значит, кровь в ней текла наша, человеческая. Дима швырнул перчатки обратно женщине, и они попали в меня.

Я осторожно положил их рядом с ней.

– Какая разница, леший вас разбери, по-западному её называть, или по-восточному? – подал голос Кирсанов. – Главное, что у нас в машине чертова полукровка, сбежавшая из резервации, нам дадут за нее каждому по двадцать штук, но их нам не видать, если на рассвете она не переступит порог «Астры».

Дима и Кирсанов рывком подняли женщину, усадили на лавку и стали обшаривать её.