Воины Посейдона

Генерал положил трубку и повернулся к экрану, на котором с помощью бортовых видеокамер был виден стыковочный комплекс и спускаемый аппарат.

Все, кто находился в помещении, напряжённо смотрели на экран. Через несколько секунд они увидели, как спускаемый аппарат, плавно отвалив от станции, набирая скорость, устремился к Земле.

* * *

В спускаемом аппарате было очень мало свободного пространства. Четверо космонавтов в скафандрах почти лежали (так легче переносить перегрузки) в посадочных местах, плотно прижатых друг другу.

– Спуск проходит по расчетной траектории. Все системы и приборы спускаемого модуля работают в штатном режиме. Экипаж чувствует себя хорошо.

Его доклад из ЦУПа в Королёве тут же передали в аналогичный центр управления полетами НАСА в Хьюстоне. И здесь, и там чувствовалось огромное напряжение и волнение, потому что никто из них уже не мог повлиять на процесс спуска с орбиты модуля с экипажем – теперь все они только наблюдатели.

В ЦУПе в первые минуты начала полета спускаемого модуля к Земле один из сотрудников центрального зала работал за компьютером. Как и его коллеги, сидевшие рядом с ним, он был погружён в свою работу. В какой-то момент, неудачно повернувшись, он задел локтем пластиковый стакан с горячим кофе, который ему только что принесли и поставили на край стола. Содержимое опрокинутого стакана вылилось на брюки его соседа. Тот резко отодвинулся на роликах кресла, вскочил, стараясь оттянуть мокрую, горячую ткань брюк от своих бедер.

– Вот блин!.. – виновник произошедшего посмотрел на брюки товарища сожалеющим взглядом. – Извини, старик, я не хотел, я случайно… – произнёс он скороговоркой и ещё ближе придвинулся к монитору. Лицо соседа в мокрых дымящихся брюках выражало настоящее горе и отчаяние. Раздосадованный случившимся, он беспомощно огляделся вокруг.

Коллеги, находившиеся рядом, кто с сочувствием, а кто с ехидной усмешкой смотрели на его мокрые штаны.

– Что мне от твоих извинений… – наконец выдавил он из себя. – Где я теперь сухие брюки возьму?! Мне же работать надо! – Он по инерции схватил ручку, которой минуту назад делал какие-то пометки в длинной распечатке, но тут же в сердцах бросил её на стол. Со злым выражением лица, оттянув мокрую брючину, чтобы она не прилипала к телу, он неуклюжей походкой вышел из зала.