Конец империи

Дьявольски сложная формулировка. Я долго разбирался в ее скрытом смысле. Ясно одно – Великий Координатор может править только людьми, а мутанты обречены на истребление.

– Как и все тасконцы, – вставил Олан. – Когда мы сольемся с миллионами переселенцев, то сразу потеряем индивидуальность и самобытность. Получая интеллектуальное развитие и блага современного общества, оливийцы кладут на жертвенный алтарь собственную свободу. От древней культуры нам достались крохи, а теперь исчезнут и они.

Впервые за прошедшие дни мнение клона совпало со словами властелина.

Оба не хотели подчиниться захватчикам. Они, дети дикого, но гордого мира, предпочитали скорее умереть, чем стать рабами, существами второго сорта, с которыми могут сделать все, что угодно. Впрочем, такой же философии придерживались и земляне. Солдаты удачи воевали за деньги, за золото, за славу, но не из страха перед хозяевами.

Ночь прошла спокойно. Тихо потрескивали сухие ветки в костре, изредка откуда-то издалека доносился вой неизвестного животного.

Как выглядел этот представитель местной фауны, путешественники не знали. Они мало обращали внимание на природу планеты. Лишь когда мутировавшие хищники нападали, людям приходилось вспоминать об окружающем их мире.

И Храбров, и Тино, и аланцы понимали, что это большое упущение. Однако времени на изучение Оливии не хватало. А потому за невежество постоянно приходилось платить человеческими жизнями. Природа безжалостна к своим неразумным детям.

Стоило Сириусу озарить восток багряным светом, как де Креньян начал поднимать отряд.

Предстоял тяжелый, длинный переход, и выйти нужно было как можно раньше.

Воины вылезли из-под одеял, лениво потягивались, не спеша, собирали рюкзаки.

На привале группа всегда занимала круговую оборону. Каждый наемник раскладывал рядом с постелью запасные обоймы, гранаты, делал небольшое укрытие из камней. Если, конечно, позволяли условия.

На сооружение лагеря уходило много времени, но меры предосторожности земляне соблюдали неукоснительно.

Жизнь научила воинов ценить собственную безопасность.

Спустя полчаса путешественники начали восхождение. Несмотря на довольно пологий подъем, идти было нелегко.

То и дело приходилось огибать гигантские валуны. Регулярно попадались глубокие трещины, в одну из которых чуть не угодил Белаун. В последний момент аланца удержала за руку Рона. На слова благодарности у Вилла просто не хватило сил, он лишь кивнул головой.