Таинство Ушебти

Теперь на восток от Канарских островов его слово так же властно, как и мое. Он волен казнить и миловать, начинать войну и заключать мир и будет давать отчет только мне. Сотня сыновей из знатных домов поплывет с ним на восток, чтобы править там дикими племенами и колонистами. Несомненно, они станут костяком колонии и помогут цивилизовать тот дикий край. Верховный жрец Та Кеми зачитает сейчас список тех, кто отправится послезавтра в путь…

Из-за кресла Всеблагого вышел серьезный Семинтот, развернул блокнот из пальмовых листьев и начал зачитывать имена и фамилии.

Названные вставали и кланялись царю и наместнику.

Опьяневший взгляд Радагаста ходил по залу, останавливаясь на знакомых и незнакомых лицах. Наконец он понял причину своих поисков – он обнаружил среди лиц то, что смотрело на него с неприкрытым обожанием – это был безусый юнец, похожий на девушку и довольно красивую.

–Кто это? – Радагаст указал отцу на не отрывающего от него взгляд юнца.

–Милон, сын, а вернее бастард Намастиса, хозяина Илойских гор. Вообще-то мы знали у Намастиса только дочь, но на днях с севера прибыл и сын, а вернее бастард, незаконнорожденный. Он тоже плывет с тобой.

–Да уж, очень приятная перспектива. Чего же он на меня так пялится? – Радагаст отвернулся от Милона, словно показывая тому, что не хочет иметь с ним дел.

Всеблагой, когда Семинтот зачитал весь список, обратился к избранным.

–Послезавтра, когда било на башне моего дворца пробьет наступление утра, вы, чьи имена были названы, с оружием и с припасами должны будете прибыть к бухте Семи Ветров, чтоб погрузится на корабль.

Мебель и предметы роскоши оставьте дома, так как на корабле будет мало места. Постепенно мой торговый флот доставит вам в Кеми все, что пожелают ваши души… А теперь… – Всеблагой отломил ножку утки. – Ешьте, пейте, веселитесь, ведь не известно, что будет ожидать вас на далеком востоке. Для всех вас приготовлены ушебти…

А на площади возле бухты Семи Ветров стучали молотки плотников…

***

Плотники стучали весь день и всю ночь.

Результатом их многотрудного занятия стал большой загон с трехметровыми стенами, сколоченный из бревен и досок. По верху забора был сколочен настил, по которому прогуливались охранники, вооруженные дротиками. У загона было двое ворот – одни из них открывались в сторону Нижнего Города, вторые – в сторону бухты.